— Подумаешь, — хмыкнул я. — Действительно, халат-то рабочий, его можно и грязным носить. Главное, чтобы платье к танцам было чистое.

— Ой, да что такого? — тут же включилась рыжая. — Кто нас вообще в этой больничке увидит? А вот на танцах может какой-нибудь инженер симпатичный попасться…

Девчонки дружно захихикали.

— Действительно, — заметил я, вытирая руки. — В больницу же симпатичный инженер с АвтоВАЗа попасть никак не может.

Я выдержал паузу и хитро улыбнулся:

— Или может?

Смех мгновенно оборвался.

— Погоди, — тут же оживилась одна из девушек. — Это тебе Вера рассказала?!

— Она всё-таки познакомилась с тем с завода? — встряла вторая.

— С каким ещё "тем" с завода? — тут же воскликнула её подруга. — Ты мне ничего не рассказывала!

Девушки тут же загалдели.

Вера. Ещё одно имя, которое мне определённо следовало запомнить. Спрашивать я ничего не стал. Если эта Вера была частью моей прежней жизни, рано или поздно всё выяснится само.

— Вить, — позвала Ксюша.

Я повернулся к ней. Девушка стояла возле работающей машинки и смотрела на меня с лёгкой улыбкой.

— Спасибо, — сказала Ксюша.

— Не за что, — ответил я.

— Слушай, Ярцев, — Вика уже смотрела на меня куда приветливее. — Мы потом чай пить собирались. Может, с нами пойдёшь?

— И сушилка у нас иногда странно шумит, — добавила Лена и игриво подмигнула. — Может, тоже посмотришь?

Я посмотрел на девушек, потом на Ромку.

— Заманчиво, — признал я.

Девушки тут же довольно заулыбались.

— Но нет. Мне сейчас Куликов нужен, а не вы, — перефразировал я их же фразу.

Несколько секунд в прачечной было тихо. А следом Ксюша первой прыснула от смеха.

— Пошли, Ромео, — хлопнул я приятеля по плечу и направился к выходу.

Ромка догнал меня уже у двери:

— Ты сейчас Лену и Вику ради меня отшил?

Я лишь улыбнулся и ничего не ответил. Он несколько секунд смотрел на меня, а потом всё-таки сказал:

— Ярцев, иногда ты всё-таки нормальный человек.

— Не привыкай, — предупредил я и улыбнулся.

Сзади снова раздался смех девушек, а следом донёсся голос Ксюши:

— Ярцев, завтра найди меня! Поговорить надо!

Я обернулся. Ксюша уже вытаскивала из корзины очередной белый халат.

— Без проблем. Найду, — пообещал я.

Она кивнула и вернулась к своим вещам, а я отметил ещё одну проблему. Ксюша явно знала прежнего Витю достаточно хорошо и, судя по тому, как она сегодня на меня смотрела, уже начинала замечать, что с ним что-то изменилось.

В комнату я вернулся уже один. Ромка наконец отправился домой, Ксюша осталась с девчонками, а мне впервые за весь этот безумный день выпала возможность спокойно разобраться, кем именно я теперь являюсь.

Комната была рассчитана на четверых, но одна кровать стояла полностью пустой, а на второй лежал аккуратно свёрнутый матрас.

— Санька домой уехал до понедельника, — бросил единственный сосед, натягивая чистую рубашку. — Я тоже на дискотеку сваливаю. Сегодня не жди, наша демонесса после двенадцати точно не впустит.

— Понял, — кивнул я соседу.

Парень хмыкнул, пригладил волосы перед зеркалом и через минуту исчез за дверью. Отношения у прежнего Вити с соседом, похоже, были исключительно дипломатические.

Я остался один. На моей тумбочке лежали учебники, несколько тетрадей, дешёвые часы и нераспечатанное письмо. На конверте стояла фамилия Ярцева и обратный адрес из другого города. Кто-то из семьи.

Я положил письмо отдельно. Его придётся прочитать, но не сейчас: сначала сухие факты, потом чужие чувства. Я занялся ящиком стола.

Носки, ручки, мелочь, какие-то квитанции, потом пальцы нащупали за задней стенкой сложенные вчетверо листы. Я вытащил их и нахмурился.

Чертежи. Причём совсем не учебные. На первом листе стояла красная отметка:

"ДОСТУП К ДОКУМЕНТАЦИИ: НЕ НИЖЕ III РАЗРЯДА".

— Интересно, — пробормотал я.

Безразрядный Витя хранил под столом документы, которые ему даже читать было не положено.

Долг Громову, явно чужие чертежи, непонятно как оказавшиеся у студента без Разряда. Вещи, которых у тихони Вити Ярцева быть никак не должно. По отдельности это было бы совпадением, но вместе – уже версия.

Я проверил ящик внимательнее и обнаружил тонкую потрёпанную тетрадь без подписи. Первые страницы были исписаны техническими заметками, дальше почерк стал торопливее.

"Аттестация на Четвёртый Допуск опять не засчитана"

— Четвёртый? — нахмурился я.

Получалось, прежний Витя уже имел Третий Допуск. Тот самый парень, над которым сегодня весь класс смеялся из-за тормозной жидкости.

Получается, у него тоже была эта система.

Причём у прежнего Вити был Третий Допуск, а вот у меня пока Первый. Значит, хоть тело осталось прежним, но учёт начался заново. Система считала не руки и не фамилию, а того, кто сейчас смотрел этими глазами.