— Что, впрочем, не означает, что я не попробую поймать нам карпа. Надо же хоть раз в жизни попробовать воспользоваться удочкой по назначению! — вдруг счастливо улыбнулся Дин и качнул удочкой. — Обещаю, что приготовлю тебе Ральского карпа, Арди… Ладно, пойдем.

Фонарщик впереди зажег последний фонарь, сложил лесенку и ушел вверх по улочке, так что набережная осталась им двоим, музыке из подвала и шуму морского прибоя.

***

Вокзал Лазурного Города, как в Нигранде, был сложен из белого кирпича, козыряя высокой часовой башней, только не в пример чище и с пальмами вместо елей по обе стороны перрона. Поезд в Ральск прятался под клубящимся паром нового, мощного бойлера.

Охотники уже ждали на платформе. Ящики, которые Баккет не доверял носильщикам, он грузил сам, по одному. Довольные рабочие стояли рядом с абсолютно счастливым видом людей, которым еще заранее заплатили за то, чтобы они не мешали.

Дилижанс и все присущее подобным путешествиям снаряжение, разумеется, отправили грузовым еще на прошлой неделе. Натан как раз выяснял у начальника станции точно ли все отправили, требуя продемонстрировать ему накладные бумаги.

Ладмир курил у вагона и о чем-то общался с… Анитой. Арду было все еще не по себе рядом с этой женщиной, причем по весьма очевидной причине.

Сержант Ларин, уже без пальто, в светлой сорочке, подошел к Арду и протянул плотный конверт, запечатанный сургучом без герба.

— Инструкции для Ральска, капрал.

— Это все?

— А вам нужно что-то еще? — удивился сержант. — Удачи, коллеги. Если вернетесь через Лазурный, то с меня праздник в подвале Пьетро.

Они погрузились, и поезд тронулся.

Сначала за окном было только море. Оно долго спешило следом за путями. Все такое же бескрайнее синее, с качающимся лесом мачт в бухте, и белыми домами на склонах. Дин, на удивление молча, смотрел на открывавшиеся просторы вплоть до того момента, пока те не скрылись за первым холмом.

И почему-то Арду казалось, что Скасти все равно бы, даже после вчерашней встречи с Натаном, сказал бы, что его ученик все еще плохо слышит окружающий мир.

Глава 206

Вагон-ресторан поезда на Ральск отличался от столичных заведений ровно тем же, чем отличается рабочая куртка от сюртука. Скатерти здесь, разумеется, присутствовали, но стирали их, судя по всему, исключительно по праздникам, а чай подавали в стаканах с такими толстыми стенками, что обжечься об них не вышло бы при всем желании.

И дело вовсе не в транспортной реформе (хотя и в ней тоже), скорее, чем короче направление, по которому следовал состав, тем проще выглядели его вагоны. Что, опять же, не лишено логики. Если пассажир собирался ехать от суток до трех, то к чему ему изысканное убранство. Впрочем, дорогие составы можно было встретить и на таких направлениях тоже, просто ходили они намного реже.

Ардан заказал уже третью порцию напитка. Не потому, что настолько хотел чаю, но, видимо, находиться в вагоне-ресторане без чая считалось неприличным. Официант с лицом бывшего рудокопа каждые четверть часа проходил мимо и смотрел на пустой стакан с немым, но легко угадываемым укором.

И ладно бы Арди занимал место тех, кто хотел не только бы посидеть за столом, но и заплатить монету за еду. Но нет. Вагон буквально пестрил свободными местами.

— Ваш чай, господин.

— Благодарю, — Ардан поднял стакан и повернулся окну.

Там уже второй день тянулось предгорье. Холмы, уже совсем не зеленые и пестрые, а бурые, с проплешинами снега в ложбинах. Их порой украшали редкие сосны, стоявшие по склонам так, будто их специально расставили на равном расстоянии друг от друга, попутно забыв посадить остальные. Порой мелькала чья-нибудь покосившаяся изгородь, иногда пыхтела черным дымом труба над крышей, один раз мелькнула лошадь, смотревшая на поезд с тем же выражением, что и у официанта, когда тот видел пустой стакан.

На столе перед Ардом лежал “Имперский Вестник” трехдневной давности. Он приобрел его на предыдущей станции у мальчишки, продававшего в придачу еще и семечки с вяленой рыбой.

Ард изначально собирался приобщиться именно к рыбе, но заметил первую полосу с не совсем обычным репортажем. Длинный, на полный разворот, с подзаголовком, набранным так мелко, будто редакция его в какой-то степени даже стеснялась:

“Из путевых заметок”.

Именно этот заголовок и заинтересовал Арда. Учитывая, что репортаж в данной колонке неизменно готовил один и тот же ученый-экономист, то довольно удивительно, что он мало того, что выбрался из своего кабинета в Метрополии, так его еще и пустили в…