Я оглядел дом уже с другой целью. Заметил нож, но он не годился. Точнее, кусок стали из него получить было можно, но после этого Пелагее пришлось бы резать хлеб пальцами. Ещё имелись иглы, но портить их ради опыта было ещё глупее. Всё остальное оказалось либо неподходящим, либо нужным семье. Я не заработал здесь даже на собственный кусок железа, а значит, распоряжаться чужими вещами права не имел.

За окном ещё не совсем стемнело. Если металл нельзя купить и нельзя взять дома, оставалось идти туда, где его уже сочли ненужным.

Я поднялся.

— Ты куда? — спросила Пелагея.

— Скоро вернусь.

Она посмотрела на окно, потом на меня, но удерживать не стала.

До заводского отвала я добрался уже в поздних сумерках. Однако нужное место нашёл не сразу. Пришлось пройти вдоль забора, потом спуститься к ручью и обогнуть край заводской территории. Зато когда увидел нужную кучу, сомнений не осталось. Здесь выбрасывали всё, чему на заводе больше не находилось применения: шлак, окалину, обрезки полосового железа, гнутую проволоку, куски битых изложниц. Попадались ржавые гвозди, обломки непонятных деталей и просто спёкшаяся масса, в которой металл уже трудно было отличить от камня.

Я полез наверх. Первые минуты казалось, что материала здесь больше, чем мне понадобится за всю оставшуюся жизнь.

Обрезок полосы оказался слишком мягким. Я попробовал его на изгиб и отбросил. Следом попалась проволока: толстая, но и она согнулась почти без сопротивления. Кусок, который в сумерках выглядел многообещающе, оказался чугуном. После удара о камень край просто выкрошился.

Я продолжал копаться. Шлак местами сохранял тепло. Окалина забивалась под ногти и резала ладони. Некоторые куски приходилось буквально выдирать из слежавшейся массы, после чего достаточно было нескольких секунд, чтобы отправить находку обратно.

За час я переворошил всё, до чего дотянулись руки.

Когда-то мне приносили результаты химического анализа, сертификаты на металл и образцы от партии. Если что-то не соответствовало требованиям, материал просто не принимали. Теперь бывший главный конструктор и доктор наук стоял по колено в заводском мусоре и искал кусок стали для своей работы. Я вытащил очередной обломок, очистил от грязи и попробовал согнуть, но тот хрустнул и переломился.

— Ты не тут копай.

Я выпрямился и увидел на гребне кучи мальчишку лет двенадцати. Худого, в великоватой рубахе, с босыми грязными ногами. Судя по тому, как удобно он устроился, наблюдал за мной уже давненько.

— А где?

— Смотря чего ищешь. — спросил он.

— Твёрдый металл — сказал я.

Мальчишка обвёл рукой отвал.

— Вон его сколько.

— Это мягкое. А то чугун.

Он посмотрел туда, куда я указал, потом начал спускаться.

— Тебе какое надо?

— Калёное. Напильник, сверло, резец. Что-нибудь, что закалку держит.

Мальчишка остановился двумя шагами выше.

— Чего делать будешь?

— Для начала найду подходящий кусок. — ответил я.

— А после?

— После увидишь.

Ответ его, похоже, заинтриговал. Он сунул руку за пазуху и вытащил кусок металла.

— Такое ищешь?

Я протянул руку и взял обломок трёхгранного напильника длиной примерно с ладонь. Конец отломан неровно, на двух гранях ещё хорошо сохранилась насечка. Я осмотрел излом, провёл ногтем по грани, уже понимая, что для начала сойдёт.

— Где взял?

— Нашёл, — уклончиво ответил мальчишка.

— Где именно?

— Где надо, – он чуть язык мне не показал.

Понятно. Похоже, у мальчишки имелся собственный склад, но делиться его расположением он не собирался.

Я протянул напильник обратно.

— Заплатить мне нечем.

Он не взял.

— Должен будешь.

Что ж. Этот долг я хотя бы могу взять на себя сам, а не получить в наследство от Ваньки— Буду, – кивнул я. – Как звать?

— Сенька.

Я убрал напильник за пазуху.

— Сенька, ломаный инструмент сюда часто возят?

— Смотря откуда. — ответил Сенька.

— С замочной.

— По четвергам. — сказал он.

Я прикинул день.

— Значит, завтра?

— Завтра, стало быть.

Мальчишка показал на дальний край отвала.

— То, что в прошлый раз не растащили, ищи вон там. Сверху уже пусто, придётся копать глубже.

Утром я узнал, что через пять месяцев меня отдадут в рекрутеры. К вечеру появился обломок напильника и место, где можно раздобыть металл. Сырьё нашлось. Значит, теперь было из чего делать калибр.

— Показывай, где кидают, — сказал я. И полез на отвал искать сталь для первого инструмента, который собирался сделать в этой жизни.

Глава 4.

Утром я снова копался на заводском отвале. На этот раз искать нужное место не пришлось. Вчерашний мальчишка объяснил достаточно хорошо, а остальное я запомнил сам. К тому же сегодня возле дальнего края кучи обнаружилась свежая колея. Телега уже ушла, оставив после себя вдавленные в грязь следы колёс и новую порцию железного мусора.

Сенька сидел наверху и перебирал добычу.

— Чего так поздно? — спросил он, когда я подошёл.

— Урок кончал, – пожал я плечами.

— Пока ты урок кончал, тут двое было.

Судя по кучке железа возле его босой ноги, сам он тоже времени не терял.