Немедленно я захлопываю дверь и задвигаю засов, мои руки так сильно трясутся, что я едва могу управляться с механизмом. Его проклятия и угрозы смерти грохочут о толстое дерево, но они звучат приглушенно. Убедившись, что дверь заперта, я разворачиваюсь и бегу вверх по лестнице, сердце спотыкается от того, как быстро оно колотится.

Я сделала это. Святые небеса – я на самом деле сделала это.

Я вваливаюсь в гостиную, как раз когда входная дверь распахивается и врывается разъяренный Ромеро в окружении более дюжины мужчин с поднятым оружием.

Не думая, я продолжаю бежать – бежать, пока не врезаюсь в его грудь, и его руки обхватывают меня, сжимая достаточно сильно, чтобы моя рана загорелась. Но мне все равно.

Я жива. Я цела. И именно там, где должна быть.

В руках Ромеро. В безопасности.

Глава 42

Ромеро

Я пытаюсь сохранять ясность головы, когда мы врываемся в дом. Пытаюсь думать как холодный, расчетливый ублюдок, который выжил так долго в мире, пожирающем слабых на завтрак.

Но логика тонет в цунами ярости, бушующей в моих венах.

Я подаю сигнал своим людям, входя, с поднятым и готовым оружием, мое сердце колотится, будто пытается пробить грудь. Тишина ударяет первой – слишком тихо, воздух слишком неподвижен. Если бы я не знал наверняка, что Лени и этот ублюдок Миккель где-то внутри, я бы поклялся, что дом пуст.

Где она? Господи, где, черт возьми, моя жена?

И затем я вижу ее.

Она вылетает из коридора на бешеной скорости, ее глаза дикие и огромные. Она замирает на полудюжине ударов сердца, эти серые глаза находят мои с отчаянным облегчением, а затем она несется прямо ко мне, бежит так, будто ее жизнь зависит от того, доберется ли она до меня.

Я едва успеваю опустить пистолет, прежде чем она врезается в мою грудь, ее руки обхватывают мои ребра, когда она прижимается лицом ко мне. Удар почти выбивает дыхание из легких, но ничто никогда не казалось более совершенным.

Она здесь. Слава богу, с ней все в порядке.

Давящее напряжение в груди наконец отпускает при твердом весе ее в моих руках – теплой, дышащей, живой. Сандро прикрывает нас, его пистолет нацелен в коридор, откуда появилась Лени, но никто не следует за ней.

– Ты... – Мои руки скользят к ее плечам, отодвигая достаточно, чтобы увидеть ее лицо, чтобы осмотреть каждый дюйм на предмет повреждений. – Как ты могла быть такой, блядь, безрассудной? – Слова выходят резче, чем я намеревался, с оттенком страха, с которым я не знаю, как справиться. Я встряхиваю ее, слишком грубо, но я не могу сдержаться. – Я мог потерять тебя. – Снова.

Мысль горько лежит на языке. Я мог потерять её до того, как она вообще узнала бы, насколько сильно я её люблю.

Она встречает мой взгляд, глаза влажные, дыхание сбито. – Я знаю, что это было рискованно. Но я должна была это сделать – ради Итана.

Потому что она думает, что я не сдвинул бы небеса и землю, чтобы спасти их обоих? Эта мысль жжет, но я откладываю ее на потом и притягиваю ее обратно в свои объятия, стараясь не задеть ее рану. – Он в безопасности. Один из моих людей сопроводил его домой, как только он вышел за дверь.

Она кивает, прижавшись к моей груди, ее тело наконец начинает расслабляться. – Мне было так страшно, – шепчет она, и я крепче сжимаю ее в объятиях, плевать, что мои люди смотрят. Прямо сейчас ничто не имеет значения, кроме этой женщины.

– Я горжусь тобой, – шепчу я в ее волосы, вдыхая ее запах. Она была невероятной – такой храброй и умной, несмотря на страх. – Иисусе, Лени... Я так, блядь, горжусь тобой.

Она тает в моей груди, ее плечи дрожат, когда тихие рыдания сотрясают ее. – Я была так уверена, что умру. Я думала, что вижу Итана в последний раз. Или тебя. И наш последний разговор был бы той глупой ссорой, которая больше не имеет значения.

– Тшш. – Я прижимаюсь губами к ее макушке. – Ты в порядке. Тебе не нужен был Ромео, чтобы спасти тебя. – Я пытаюсь разрядить обстановку, и она действительно хихикает сквозь слезы. – Ты спасла себя сама.

Я снова отстраняю ее, проводя руками по ее рукам, ребрам, лицу, проверяя, не пропустил ли я какие-то травмы. – Ты ранена? Он… он прикасался к тебе?

– Нет. – Она качает головой, снова прижимаясь к моей груди, будто не выносит даже дюйма расстояния. – Я в порядке. Клянусь, я в порядке.

Хорошо. Если бы этот ублюдок хоть пальцем ее коснулся...

– Найдите Миккеля, – рявкаю я своим людям.

– Подожди! – Лени поднимает голову от моей груди. – Он в подвале. Я заперла его там.

Гордость разливается в груди так быстро, что перехватывает дыхание. – Ты заперла?

Ее улыбка маленькая, но победоносная. – Обманула его, заставила спуститься туда и захлопнула дверь. Она запирается только снаружи.

Боже мой, она великолепна. Моя красивая, блестящая жена.

– Сандро. – Мой голос становится арктическим, когда я поворачиваюсь к своей правой руке. – Вытащи его из этого подвала и отвези в бункер. Оставь его в живых. Я разберусь с ним сам.