За углом я закатила глаза. За два дня произогло столько всего: меня застали за магией, сам король спас от верной смерти и возвысил до положения, о котором я даже мечтать не могла. Какая-то сплетня уж точно не испортит мне вечер.

Отведённые мне апартаменты были больше всего нашего семейного дома в Уилдстоуне. Посреди комнаты стояла кровать с балдахином, фиолетовыми простынями и пухлыми пуховыми подушками. У больших окон, выходивших на западные предгорья, находилась гостиная зона. Закат окрасил склоны в нежный барвинковый цвет.

К спальне примыкала собственная ванная комната. Я привыкла мыться в подвале, стоя в заплесневелой деревянной бадье общей купальни и дрожа, пока поливала себя водой из кувшина. Или просто нырять в самое глубокое место ручья за нашим домом в Уилдстоуне. Здесь же была настоящая фарфоровая ванна, до краёв наполненная пенистой розовой водой. Я почти растаяла в ней, ощущая, как вместе с мыльной пеной смывается грязь моей прежней жизни.

Я пошевелила пальцами, вокруг ломких ногтей собралась пена. Всего два дня назад я выскребала грязь из щелей между замковыми плитами. Тогда мне и в голову не могло прийти, что король Валена предложит мне место в своём совете и пригласит личной гостьей на бал зимнего солнцестояния. Я сползла глубже в воду, оставив на поверхности одно лицо. Всё это было слишком хорошо, чтобы быть правдой.

Когда кожа порозовела, а пальцы сморщились от воды, я завернулась в пушистый халат, вышла из ванной, упала на кровать и провалилась в сон.

Следующий день пронёсся как в тумане: швеи приходили одна за другой, а я то и дело таскала вещи в новую комнату. Под вечер вернулась и увидела на покрывале великолепное платье цвета красного вина. Я провела пальцами по ткани, прослеживая силуэт. Оно открывало плечи, а вырез был настолько глубоким, что я едва не покраснела. Талия узкая, лиф со шнуровкой сзади.

После ещё одной ванны — к такой роскоши я совершенно не привыкла — в дверь постучали: пришла Нив. Она сама вызвалась помогать мне готовиться, потому что, по её словам «я совершенно не понимаю, что делать».

— О, святой Летлас, — выдохнула она, оглядывая комнату. — И всё это для тебя?

Я улыбнулась и подвела её к столу, где уже ждал поднос с холодным мясом, сырами и инжиром.

— Я одна всё это не съем, — сказала я, живот тревожно заурчал.

— Я жаловаться не стану. — Она хихикнула и отправила в рот кубик сыра. — Невероятно.

Я прикусила щёку изнутри.

— Слишком хорошо, чтобы быть правдой, да?

Её улыбка стала мягче.

— Не говори так. Ты это заслужила.

Я опустилась в кресло напротив и поджала ноги.

— Спасибо. Но ты правда думаешь, что я это заслужила?

— Итак, с чем работаем? — она проигнорировала мой вопрос и щедро налила себе вина.

Я указала на кровать.

— Боги! — Нив вскочила. — Оно великолепно. — Она осторожно провела пальцем по ткани, будто та могла рассыпаться от прикосновения.

— Слишком дорогое, — сказала я, перебирая влажные волосы. — Я обязательно его чем-нибудь испачкаю.

Нив неодобрительно посмотрела на меня.

— Только если занервничаешь настолько, что решишь сбежать от короля. Серьёзно, успокойся. — Она протянула мне свой бокал, и я с благодарностью взяла. — Пей. Сейчас же.

Я сдалась и посмотрела на неё поверх края бокала. Она переводила взгляд с меня на платье.

— Думаю, сядет идеально. У него были твои мерки?

Я кивнула.

— Его швеи снимали их сегодня днём.

— Вкус у них безупречный. — Нив одобрительно кивнула. — Иди сюда.

Я шагнула в платье. Нив подтянула его к талии и принялась затягивать лиф. От очередного рывка я ахнула и прижала ладонь к груди, а она хихикала.

— Красота, — наконец выдохнула Нив, сама запыхавшись от усилий.

Я повернулась к зеркалу — челюсть отвисла. Девушку в отражении я почти не узнала. Годами на мне была только серая, бесформенная, колючая форма. Но платье словно обладало собственной магией: мягко облегало бёдра, подчёркивая плавный силуэт моей фигуры, и даже выгодно выделяло те немногие изгибы, которыми природа одарила меня выше талии.

— Это слишком, — прошептала я, проводя ладонями вдоль глубокого выреза.

— Придворные постоянно так ходят, — возразила Нив. — Ты выглядишь невероятно аппетитно.

Она взвизгнула, когда я ткнула её в бок.

— С волосами сама. Боюсь, понятия не имею, что делать с такой текстурой. — Нив указала на свои кудри — полную противоположность моим идеально прямым волосам.

Я улыбнулась, пока она устраивалась в кресле с новым бокалом вина. Внимательно осматривая себя в зеркале, я отделила волосы на макушке, заплела косу, свернула её в пучок и выпустила несколько прядей у лица — такую прическу я видела у менее вычурных придворных дам. На туалетном столике лежала разнообразная косметика. Я растерянно оглядела её и открыла маленькую баночку с восковым красным бальзамом, пахнущим землёй.

— Фу. Что это?

Нив фыркнула.

— Свёкла, наверное. Для губ.