Незадолго до полудня я сидела одна в унылом дворике за кухней, как можно дальше от глаз-бусинок миссис Кэтерс. Когда после рассвета я вернулась в комнаты прислуги под руку с королевским пажом, у неё едва не отвалилась челюсть — как, впрочем, и у Максанса. А когда паж объявил, что по приказу короля я освобождаюсь от обязанностей на неопределённый срок, мне показалось, экономка хочет меня задушить.

С тех пор она каждую минуту бодрствования сердито шныряла по комнатам для слуг и многозначительно жаловалась на неблагодарных крестьян, которые забывают своё место. Максанс смотрел на меня с каплей сочувствия — но только после того, как услышал, что король спас меня.

Кошмары о событиях прошлой ночи мучили меня всю ночь. Несколько часов я беспокойно ворочалась на соломенном матрасе, а потом сбежала во двор, чтобы побыть одной. Пальцы осторожно скользили по гладким краям стеклянного флакона, который утром дал мне доктор Марроуз. Внутри было какое-то средство от воспаления. Я откупорила флакон, вдохнула приятный аромат летних цветов и диких трав и сделала глоток. Вскоре голова почти перестала болеть, а мысли прояснились. Надо будет найти доктора Марроуза и как следует поблагодарить.

Происходившее этим утром было настолько нереальным, что казалось сном. Я прислонилась затылком к камню, закрыла глаза и невольно представила короля. Вспомнила, как под моей щекой напрягались мышцы его груди, как сильные руки держали меня с удивительной бережностью. На вид он был совсем молод, но возраст вампира почти невозможно определить по внешности. Они жили по тысяче лет и старели так медленно, что могли прожить несколько веков, сохранив облик человека лет тридцати.

Я вспомнила изгиб полных губ и острые кончики клыков, выглядывающие, когда он улыбается. По коже пробежали мурашки. Вблизи клыки оказались не такими страшными, как я себе представляла.

Дверь с грохотом распахнулась, и я резко открыла глаза. Успела заметить лишь вихрь чёрных кудрей, прежде чем Нив стиснула меня в объятиях. Я осторожно гладила её по спине, пока она содрогалась от рыданий.

— О боги, Финн, — наконец выговорила она, и по щекам потекли слёзы. — Это всё из-за меня.

Я встретилась взглядом с Максансом, который явился следом, словно призрак. Он пожал плечами.

— Нет, — возразила я. — Не из-за тебя.

Она всхлипнула.

— Я никогда себе не прощу, что оставила тебя там одну.

— Со мной всё хорошо, — заверила я. — Правда.

— Нив! — взвизгнула из кухни миссис Кэтерс. — Хватит устраивать представление, немедленно за работу, бестолковая девчонка!

Нив икнула и вытерла нос тыльной стороной ладони.

— Мама чуть в обморок не упала, когда услышала.

Я нахмурилась.

— Услышала? Откуда?

— Да весь город только об этом и говорит. Мы узнали от пекаря, он — от кожевника. А кожевник подслушал у таверны Рейта. «Слившиеся глашатаи» даже балладу сочинили.

— Что?! — выдохнула я.

— Не совсем про тебя. Про то, как король наконец остановил убийцу, который охотился на улицах. Говорят, очень смешно получилось… То есть не то чтобы случившееся с тобой смешное, — поспешно поправилась она. — Ты ведь помнишь этих певцов?

Ещё как помнила. «Слившиеся глашатаи» были не столько труппой, сколько городским бедствием, они постоянно торчали в разных тавернах Валнара. Я сталкивалась с ними не раз и сама хихикала над песнями, высмеивавшими придворные сплетни и городские новости. Теперь, когда мишенью стала я, смешного в них было куда меньше.

Я сжала переносицу пальцами.

— Всё случилось под утро. Когда они вообще успели?

— Понятия не имею. Но… — она замолчала, щёки блестели от слёз, — Максанс сказал, что на тебя напал ученик кузнеца. Это правда? Это действительно был Юэн?

Я украдкой посмотрела на Максанса, тот разглядывал меня, будто диковинного зверя.

— Не здесь. Потом поговорим, — тихо ответила я.

— Боги небесные, Нив, ты оглохла? — завизжала миссис Кэтерс. Она ворвалась во двор с метлой наперевес, как с мечом. И, дай ей волю, наверняка пустила бы её в ход.

— То, что эта девчонка с Окраин каким-то чудом выкрутилась и теперь может не работать, — сказала она, ткнув метлой в мою сторону, — не значит, что тебе позволено то же самое.

Мы с Нив испуганно переглянулись.

— Наверное, нам лучше…

— Именно, — подхватила она, не дав мне договорить, и вскочила. Мы поспешно выбрались со двора, держась подальше от миссис Кэтерс и её метлы. Ненависть экономки накатывала на меня, как гроза над равниной.

По дороге к комнатам, которые Нив должна была сегодня убирать, я шёпотом рассказала ей обо всём. Когда дошла до разговора с королём в кабинете лекаря, глаза у неё едва не вылезли из орбит. А когда призналась, что мы с Юэном были не просто знакомыми, она изумилась ещё сильнее.

— Это и так было очевидно. Но почему ты мне о нём не рассказывала? — спросила она. Мы стояли на балконе и держали за края маленький коврик. Нив выбивала из него пыль метлой, а я прикрыла нос и рот рукавом, когда в воздух поднялось серое облачко пыли.

— Прости, — сказала я со вздохом. — Наверное, мне было неловко. Ты же знаешь, какая ты романтичная. Я не была уверена, что ты поймёшь.

— Ох. Прости.

— Тебе не за что извиняться, — сказала я с улыбкой. — Это был мой выбор.