— У каждого должна быть черта, которую он не переступит, Исара. У Эларин такой черты нет.

Его слова попали точно туда, куда он целился. Вонзились, словно ножи в Скрижаль, которой было моё сердце. Прямо в центр.

— А где твоя черта?

В ответ меня встретила тишина, и на мгновение я решила, что он ушёл — его увела за собой красивая женщина с длинной косой, пронизанной серебристыми прядями. Я понимала, что уже давно должна была вернуться в «Фонарь». Кас наверняка волновался.

— Я всё ещё пытаюсь это понять, — ответил Нико.

Может, Нико и Эларин никогда не смогут понять друг друга именно потому, что слишком похожи. Их цели совершенно противоречили друг другу. А где-то посередине сидела я — словно оружие, которое достанется тому, кто первым разберётся, как им воспользоваться. По крайней мере, именно так они оба считали.

— Я скорее брошусь на собственный клинок, чем предам её или Ньярен.

— Я знаю.

Источник тихо журчал, его прозрачная вода мерцала в бледном лунном свете, пробивавшемся сквозь кроны деревьев. Воздух пах влажной землёй и молодой зеленью, к которым примешивался лёгкий металлический запах камней под водой. Скрытых. Ждущих.

Я слишком многого не понимала и прекрасно знала, что не стоит задавать вопросы тем, у кого были ответы. Вместо этого я буду ждать. Играть в их игру, пока они больше не смогут прятаться за своими масками.

Оставалось лишь надеяться, что, когда их маски наконец треснут, увиденное меня не убьёт.

21. УРОКИ

«ЗАДАНИЯ ЭШАНИ КЛАССИФИЦИРУЮТСЯ ПО УРОВНЮ РИСКА И НЕОБХОДИМЫМ НАВЫКАМ:

Класс А — для полноправных Эшани: самые опасные задания, зачастую смертельные.

Класс B — для опытных четверокурсников, уже проявивших себя в полевых условиях.

Класс C — для менее опытных четверокурсников, для которых вкус крови ещё непривычен, а Завеса тоньше всего.

Любое задание имеет свою цену — Завеса помнит каждый шаг».

— Отрывок из «Полевого руководства», глава 3: «Протоколы заданий»

На следующий день после Пиршества Колец я усвоила одну вещь: если говоришь кому-то, что завтра у него выходной, не стоит давать обещаний, которые не сможешь сдержать. Я прожигала взглядом спину Нико, пока мы шли уже пятый час подряд.

— Я чувствую, как ты сверлишь меня взглядом, Вейнфайр.

Мудак.

Решил подлизаться ко мне почётными прозвищами. На самом деле он был не виноват, но, поскольку больше винить в нашем Кольце было некого, отдуваться пришлось ему.

— Ты мог выторговать нам хотя бы один день отсрочки.

Он никак не показал, что услышал меня, и продолжил идти, засунув руки в карманы, пока мы всей компанией плелись следом.

— А ты бы попросила Эларин об отсрочке?

Это вообще не имело отношения к делу.

— Нам ещё долго? — заныл Меррик.

Я с трудом подавила смешок при виде его чёрных от настоя зубов и рта. Как обычно, он выпил гораздо больше, чем следовало. Когда на нас внезапно свалилось задание, быстро выяснилось, что единственный способ привести его в рабочее состояние — напоить тоником Эрин.

— Если не сбавим темп, ещё час, — ответил Каэль, чьи зубы и язык были такими же чёрными.

Бедняга и правда поверил обещанию Нико насчёт выходного.

— И чем ты так умудрился разозлить канцлера, что нам досталось настолько дерьмовое задание? — спросил Меррик.

Захра шлёпнула его по плечу, но он лишь пожал плечами.

Опавшие листья липли к моим сапогам и хрустели под ногами при каждом шаге.

— Если бы возле границы с Ратвенорном объявились Эшани-отступники и начали создавать проблемы, кого бы вы отправили? — спросил Нико.

— Логичнее всего было бы отправить вас, командир, но это также может быть проверкой вашей верности, — сказала Эрин.

— Верно, Солтейн, — сказал Нико. — У приказа зачастую бывает две причины или больше.

— Но это мало что значит, потому что они Эшани-отступники. Неважно, из какой они страны. Они без нитей, — сказал Каэль, поправляя очки.

Остаться без нитей считалось таким же тяжким преступлением, как стать Опустошённым Связью. Нам была дарована сила прикасаться к Плетению, из которого соткан мир. Без Кольца и страны, перед которыми мы несли ответственность, мы быстро превращались в угрозу.

Эларин ничего не делала просто так. Если неприятности создавали Эшани-отступники из Ратвенорна, она наверняка хотела, чтобы это послужило напоминанием.

— А ещё это должно показать нам тёмную сторону Ратвенорна, потому что командир-ратвенорнец может повлиять на наше отношение к нему, — сказала я.

— Верно, — ответил Нико.

Мы молча шли дальше, обдумывая услышанное. Что бы Эларин ни увидела на Пиршестве, этого оказалось достаточно, чтобы отправить нас из Академии. Но меня не покидало мерзкое предчувствие, что во тьме притаилась ещё одна причина.