Я двинулась вперёд, стараясь не обращать внимания на запах выдохшегося эля и грубый хохот.

Протиснувшись сквозь толпу к Касу, я получила от него стакан несомненно очень дешёвого виски.

— Привет, Иса! — помахала мне Лисинья, Хранительница Преданий Десятого Кольца.

Я помахала в ответ, всё ещё не понимая, что делать с такой фамильярностью.

Впрочем, она быстро обо мне забыла, заметив приближающуюся Эрин, на лице которой по мере продвижения вглубь «Фонаря» проступал всё больший ужас.

— Бедняжка Эрин, — сказала Лисинья. — Пойдём, здесь вообще-то есть приличный чай. Покажу.

Эрин вздохнула с таким отчаянием, будто надежды больше не осталось.

— Зато ни одной книги.

Лисинья обняла Эрин за плечи и повела к бару. Было непривычно видеть, как она общается с кем-то за пределами нашего Кольца. Хотя они с Лисиньей наверняка годами тренировались вместе. Странно было думать, что у каждого из нас существовала жизнь вне нашего Кольца. За последние два месяца мы настолько вросли друг в друга, что уже трудно было вспомнить, как всё было раньше.

Я позволила виски обжечь горло, не зная, что и думать об этой новой реальности, разворачивающейся передо мной.

Я нащупала в сознании стальную нить, потянулась к ней. Он неплохо отгородился, но я всё равно чувствовала его в Академии. Наверное, он был с остальными командирами — у них имелась собственная традиция. Представить Нико за дружескими посиделками было сложно.

Я представила командира Ашари с её острым языком и властной манерой держаться. Нико, наверное, неплохо бы с ней поладил. Виски в желудке вдруг показался кислым.

— А какая командир Ашари? — спросила я.

— Легенда, — Масури, Клятвоносец Десятого Кольца, перегнулся через Каса, чтобы ответить.

— И всё? — пробормотала я в стакан.

— А какой командир Вейшар? — спросил Кас, снова наполняя мой стакан.

Вопрос прозвучал слишком небрежно. Будто он не задавался им уже тысячу раз. Я слишком хорошо знала Каса, чтобы не услышать скрытого беспокойства. Он понимал, что для меня значит оказаться в одном Кольце с ратвенорнцем.

— Крутой ублюдок, — заявил Меррик, подходя сзади и протягивая мне потрясение души.

Я подняла на него глаза и продемонстрировала оба напитка.

— Разве в прошлый раз мы ничему не научились? — спросила я.

Меррик сделал большой глоток из своего стакана.

— Не-а. Вообще ничему.

Я отдала ему стакан с выдохшимся пойлом, предпочтя ему потрясение души. Он пожал плечами и осушил его с безумной улыбкой.

— Нико сказал, завтра у нас выходной, — сообщил Каэль, держа своё потрясение души обеими руками и принюхиваясь к нему. — Я спросил перед уходом.

— К тому же всегда есть средство Эрин от похмелья, — сказала Захра.

Я сморщила нос. В прошлый раз чернота не сходила с зубов и языка два дня. Повторять этот опыт мне совсем не хотелось.

— Тогда играем в Скрижали! — радостно завопил Меррик. — Давай, Вейн, может, хоть здесь сумеешь меня обыграть.

Кас рассмеялся и отдал мне свой стакан, а Меррик ткнул его кулаком в плечо. Они направились к каменным плитам с вырезанными на них светящимися метками нитей, висевшим вдоль стены. Несколько игроков метали в них маленькие крючковатые ножи, которые вонзались в камень и при попадании вспыхивали цветным светом.

— Если попадёшь в самый центр, на следующем задании тебе будет сопутствовать удача, — сказал Каэль.

Я прислонилась к ближайшей стене, держа в руках напитки, и наблюдала, как летят ножи, вспыхивают нити, а ругань и радостные вопли сливаются в тёплый хаотичный гул.

— Слышал, Меррик? Если проебёшься, нам конец, — сказала я.

И Кас, и Меррик стреляли из рук вон плохо, но чем больше Меррик пил, тем точнее становился его бросок. Само по себе это наверняка было ужасным предзнаменованием.

Меррик радостно взревел, когда его клинок угодил точно в центр. Кас толкнул его, а Каэль расхохотался так сильно, что едва не расплескал выпивку.

На мгновение мне показалось, будто я попала в какую-то другую реальность. С каждым днём моя Метка Проклятия и происхождение значили всё меньше.

— Я бы тебя не подвёл, Вирелль, — протянул Меррик.

Кас одарил меня улыбкой, от которой у меня по всем законам должны были подкоситься ноги. Он поздравил Меррика с хорошей игрой и передал свои крючковатые ножи Захре. Я сделала ещё один большой глоток из одного из двух стаканов в своих руках — к этому моменту хрен поймёшь, где что было.

Я допила и протянула остатки Касу, но тот покачал головой. На его идеально точёном лице плясало веселье.

— Кольцо тебе к лицу, Иса, — сказал он.

Я пожала плечами.

— Нормально.

Он обнял меня за плечи, а я заставила себя не отстраняться. Я могла потерпеть прикосновение, если благодаря этому он хотя бы немного меньше чувствовал себя использованным. Да и в последнее время физический контакт беспокоил меня всё меньше. Симптом, которому я пока не была готова ставить диагноз.