— Тогда я узнала, что Катя беременна. Её следовало приговорить к смерти сразу, но я знала, что Тален захотел бы сохранить жизнь своему ребёнку. Пять месяцев спустя родилась ты. В тот миг, когда я впервые прикоснулась к тебе, появилась метка Айрака. А спустя несколько мгновений — метка Ньяри. Тогда я поняла, что причиной всему стала моя самонадеянность. Двадцать один год я пыталась тебя защитить.

— Она лжёт, — напряжённо произнёс Нико. — Правда, переплетённая с её бесконечной ложью.

Я проигнорировала его.

Он всегда будет думать о ней самое худшее.

— Когда я использую удар души, Расколотый Бог оскверняет силу Ньяри. Я не могу пользоваться ею, не слыша его голоса, — произнесла я.

— Я знаю, — выдохнула она.

— Мне не следовало связывать тебя с Вейшаром. Я думала, это лучший способ выманить его. Он не друг Ньярена, Исара. Он вступил в Связь только ради того, чтобы проникнуть в наши ряды. Мы позволили ему это, потому что рассчитывали собрать достаточно доказательств против Ратвенорна и предъявить их на Саммите Единства.

Нико фыркнул. Прекрасный шаг на пути к единству.

Ни в чьих словах не было смысла.

Более того, я не верила ни одному из них.

Они тянули меня каждый в свою сторону, пока кости не начинали трещать, а внутри уже ничего не оставалось.

Я снова разваливалась на части.

— Вы оба ведёте свои игры, но, похоже, никого из вас не волнует, что расплачиваться за них приходится мне. Вы причиняете боль не друг другу, а мне, — произнесла я.

Глаза Эларин расширились.

Она вгляделась в моё лицо, и то, что она там увидела, заставило её схватиться за грудь.

— Исара, нет, — прошептала она.

— Как мне разорвать эту связь? — спросила я, протягивая запястье.

Эларин проигнорировала мой вопрос, шагнула вперёд и обхватила моё лицо ладонями.

— Ты влюбилась в него, — прошептала она. — Совсем как твой отец до тебя.

Я вырвалась из её рук и отступила, прекрасно понимая, что Нико всё слышит.

Она покачала головой и крепко зажмурилась, отчего на лице проступили морщины.

— Исара, его именно этому и учили. Ты попадаешь в ловушку. Нико Вейшару на тебя плевать. Он предан Ратвенорну, — произнесла она.

— Она боится потерять власть над тобой, — сказал Нико.

— А ты? Разве ты не боишься того же?

— Я никогда не хотел управлять тобой, Иса, — ответил он.

— Ньяри, он слушает, — Эларин прикрыла рот ладонью. — Иса, что ты натворила?

На этот вопрос у меня не было ответа.

— Уходи, — произнесла она убийственно тихим голосом.

Сердце раскололось надвое, и боль была такой же настоящей, как от метки проклятия Ньяри.

— Эларин Са’велен, — произнесла я.

— Я освобожу тебя от его власти, как не успела освободить твоего отца. Через пять дней, за день до Бала Единства, ты предстанешь перед Советом. Ты не сумеешь продемонстрировать достаточный контроль над своей силой, и твою нить разорвут.

— Я этого не хочу, — произнесла я.

— А мне плевать, — ответила Эларин. — Уходи. Убирайся. Я даже смотреть на тебя не могу.

— Пожалуйста.

— ВОН! — закричала она.

Я больше ничего не понимала. Знала лишь одно: когда я вышла из её кабинета, то рухнула в объятия Нико, и рыдания выразили всё, чего я не могла произнести вслух.

Я была сломлена и потеряна.

И не было никакой передышки от беспощадных волн, которые снова и снова обрушивались на меня, не давая покоя.

45. НИЧЬЯ ДОЧЬ

«Эшани закаляется не в мире и покое. Лишь болью, а истина придаёт ей остроту».

— Кодекс Ударов, раздел IX «Родословная»

Пустой Шпиль дышал, словно живое существо. Его каменные стены пропитались воспоминаниями, а воздух давил тяжестью бесчисленных неудачных попыток.

Я стояла в центре круглой платформы, и от моего дыхания поднимались облачка пара. Рейт наблюдал из тени, его маска оставалась такой же холодной и бесстрастной, как всегда. Остальные члены Шестого Кольца выстроились по краю площадки. Захра смотрела на меня прищуренными глазами, в которых теплилась молчаливая надежда. Меррик ухмылялся, хотя под глазами залегли тени. Эрин осторожно сжимала подвеску с пламенем свитка. Каэль неуверенно поднял большой палец. Нико прислонился к стене, засунув руки в карманы. Постороннему он показался бы скучающим, но я ощущала его молчаливую решимость, твёрдую, словно данная клятва.

Мне до смерти надоело, что все смотрят на меня как на оружие, которое вот-вот даст осечку. И всё же я была благодарна Рейту за то, что он позволил им присутствовать, пусть даже перед этим десять минут читал мне лекцию о правилах. Они были нужны мне здесь, чтобы напоминать, ради чего я проливаю кровь.

— Ты уверена? — Голос Рейта низким эхом разнёсся по залу, тихий, словно шёпот Странника Завесы.

— Нет, — ответила я. — Но я больше не собираюсь ждать, пока буду готова.

Я обнажила свои вейнблейды. Металл едва заметно пульсировал в такт моему сердцу. Эшани использовали все доступные им средства. Если создание оружия из нитей обходилось слишком дорого, я воспользуюсь тем, что уже существует.