Он тыкал меня лицом в то, что прежде преподносилось как знаки внимания, любви и заботы. А обращался теперь со мной, как с куском мяса.

Но я была не намерена терпеть подобное до конца своих дней. Только теперь мне явно требовалось что-то более существенное, чем простой разговор и попытка воззвать мужа к чести и справедливости.

Глава 4.1. Прежний выбор

Хотелось рыдать от отчаяния, которым пропитались даже стены. Вот только слез не было. Как и сна.

Уже занимался рассвет, а привкус крови после поцелуя Дарклана до сих пор ощущался на языке. Он был напоминанием того, что все произошло по-настоящему, и отбирал напрасные надежды на лучшее.

Мне стоило думать о том, как выкручиваться из сложившейся ситуации, а не просто прокручивать ее в голове снова и снова. Но получалось лишь последнее.

Не каждый день тебя предает человек, которого любила и с кем связала свою жизнь. Не каждый день отец твоего ребенка окунает тебя лицом в грязь, а следом наступает на спину, заставляя прогнуться под давлением. Не каждый день слова о любви сменяются на унижения.

А если такое все же случается, то принять это непросто.

Грудь ломилась под тяжестью свалившегося на нее груза, а сердце стонало и несчастно билось в тесной клетке.

Слишком болезненно давалось предательство мужа, чтобы с легкостью отринуть эмоции и с холодной головой перейти к действиям. Или хотя бы к размышлениям об этих действиях.

Я должна была прочувствовать весь ужас случившегося, позволить ему истерзать мою душу до кровавых ран, от которых остаются неизгладимые шрамы. Чтобы затем отпустить и больше никогда к этому не возвращаться.

Страхи лечатся шоковой терапией. Вероятно, и от любви можно было избавиться по такому же принципу.

Хотя теперь я с трудом могла понять, что испытываю к Дарклану, и можно ли вообще назвать это любовью. Что-то я определенно испытывала, но, увы, не ненависть. До этого чувства нужно было дорасти.

От любви до ненависти ровно один шаг. Но никто и никогда не говорил, какого размера он должен быть. И, по всей вероятности, Дарклану не хватило каких-то жалких миллиметров для того, чтобы столкнуть меня в пропасть абсолютной ненависти к нему.

Я все же заставила себя выплакаться, выпустив всю свою боль из заточения. А наутро чувствовала себя разбитой и опустошенной. Не только физически, но и морально. Однако это было лучшим для меня вариантом из возможных.

Дарклана уже не было дома, когда я спустилась к завтраку. Зато с Альеной мне все же повезло встретиться.

Но как иначе? Она теперь здесь жила.

− Доброе утро, Элиза, − на ее сияющем и отдохнувшем лице возникла снисходительная улыбка. – Как ты? Выглядишь неважно.

− Беременные всегда так выглядят, − равнодушно пожала я плечами и принялась за завтрак.

Конечно, это была всего лишь отговорка. Не хотелось давать Альене лишний повод поглумиться надо мной.

В плане беременности я чувствовала себя прекрасно. Не было ни тошноты, ни сонливости, ни каких-либо иных проявлений, сказывающихся на моем состоянии.

− Понимаю, − кивнула Альена и вновь улыбнулась. – Интересно, это девочка или мальчик? Наверняка тебе хотелось бы родить девочку, как и многим женщинам.

О да, Альена была бы счастлива, родись у меня дочь, а не сын. Наследник − это явное конкурентное преимущество в тех случаях, когда женщинам приходится жить под покровительством одного мужчины.

Вот только я оставаться здесь не собиралась, а потому Альене нечего было бояться.

И тут я всерьез задумалась.

Что если муж отберет у меня ребенка, если он окажется мальчиком?

В этом мире девочек ценили не настолько, чтобы отбирать их у матери. А вот мальчиков…

Эта мысль вспыхнула болезненной, острой болью, но затем быстро потухла.

Что-то мне подсказывало, что ребенок, которого я носила под сердцем, для Дарклана стал так же неважен, как и я сама. Теперь наследника ему могла подарить Альена. И ребенок от драконицы с высокой долей вероятности должен быть сильнее моего.

И в этом я нашла беспочвенность своих страхов. Могла и ошибаться, конечно, но искала повод себя успокоить.

− Мне все равно, какого пола будет мой ребенок, − сухо ответила я, пожав плечами. − Его здоровье куда важнее всего остального.

− Да, здоровье очень важно, − согласилась Альена и длинным изящным ноготком провела по кромке фарфоровой чашки. − Надеюсь, твой ребенок не унаследует твой покалеченный дар. Если это будет девочка, то ничего страшного, конечно. Но вот мальчику будет крайне тяжело выжить без магии. Увы, но в мире нет места слабым мужчинам. Разве что в храмах в качестве служителей.

Насколько же сильно Альена пыталась меня уязвить. И насколько же мне было на это наплевать.

Я сделала глоток ароматного чая с терпкой горечью цитрусовых и поставила чашку, опустив в нее кусочек сахара. Мне всегда нравился несладкий чай, но этот сбор мне не очень понравился и определенно требовал добавления сладости для смягчения вкуса.