– Так заберет он ребенка, Элиза, – дрогнувшим голосом ответила Белла. – Сомневаюсь, что Дарклан отпустит тебя с ним. А это еще один повод задуматься над тем, насколько тебе нужен развод.

С каждым словом Беллы на меня накатывал все больший ужас. Он крошил нервы, а вместе с ними и мои надежды.

– Кто мог бы помочь мне, Белла? – в голосе звучало отчаяние, которое не удавалось скрыть. – Может, мне стоит обратиться к канцлеру? Или… может быть у тебя есть знакомые, которые помогут решить мою проблему?

Белла лишь вздохнула и покачала головой.

– Прости, но таких знакомых у меня нет. Да и никто бы не решился просить за женщину, которая по закону принадлежит мужчине. А в твоем случае – дракону. Да и канцлер тут не поможет. Как я уже говорила, вопросы о разводах рассматривает сам император.

– Значит, пусть рассматривает, – кивнула я. – И пусть Боги будут ему судьями, если он позволит лишить меня всего.

– Если он еще одобрит ваш развод, – добила меня Белла последней фразой. – Вряд ли желание твоего мужа жениться второй раз он сочтет непримиримым случаем…

Глава 6.1. Договор

Прежде я не интересовалась темой развода. И ни разу не слышала, чтобы кто-то при мне затрагивал эту тему.

Увы, но люди не задаются подобными вопросами, когда счастливы. И уж точно не выясняют подобные вещи перед свадьбой. Весьма сложно представить ситуацию, при которой влюбленная невеста расспрашивает будущего мужа о разделе имущества при расставании.

У меня ведь была сложившаяся картина о разводах из своего мира, и я полагала, что здесь меня ожидает примерно то же самое. Только полагать я, конечно, начала лишь вчера, когда беда не просто постучалась в мой дом, а вошла в него с ноги.

После разговора с Беллой я поняла, что рассчитывать мне не на что, кроме как на снисходительность мужа. Однако имущественные вопросы полностью затмевались главной проблемой – возможностью добиться развода.

Пускаться во все тяжкие и становиться неприемлемой для Дарклана женой я, конечно же, не собиралась. Но придержала эту мысль в голове в качестве самого крайнего и отчаянного метода.

Рассчитывать на согласие мужа тоже не приходилось – если бы он хотел развода, то еще вчера изъявил бы желание. А у меня не было ни рычагов давления, ни козырей в рукавах. Разве что один и весьма сомнительный – договор, заключенный между моими родителями и Даркланом перед свадьбой.

Да, договор можно было считать недействительным ввиду смерти одной из сторон подписантов. Но разве были еще варианты? Злосчастная бумажка был моим единственным аргументом перед императором, и я уповала только на нее.

Но и тут была проблема. Дарклан мог успеть изъять документ из родительского дома. А если и не успел, то это не гарантировало того, что я смогу его найти.

Распрощавшись с Беллой, я добралась до ближайшего места стоянки городских экипажей и отправилась в родительское поместье. Путь был не настолько близок, чтобы идти туда пешком.

Огромный сад встретил меня неуютной и гнетущей тишиной, навевающей тоскливые воспоминания. Цветы благоухали медовой сладостью, но при отсутствии должного ухода неумолимо вяли на палящем солнце.

Пройдя сад насквозь, я вышла на задний двор и остановилась возле кустов тенероз. Привычные в людском мире розы, только с иссиня-черными лепестками, по традициям этого мира использовали лишь на похоронах. Но маме – Ливии Беллоу они так нравились, что она велела посадить их в своем саду. Но только на заднем дворе, чтобы не шокировать гостей.

А теперь ее прах и прах отца был захоронен под этими кустами. Я решила, что это будет не только символично, но и приятно маме. Она ведь их так любила…

Глупо было привязываться к людям, которые даже не были моими родителями. Они дарили мне свою любовью просто потому, что не знали правды. Не знали, что их настоящая Элиза умерла.

Но разве можно было устоять? Впервые я чувствовала себя нужной, любимой, важной. Отказаться от этого было невозможно, как и невозможно не открыть свое сердце в ответ.

Я обманула родителей Элизы и сама предпочла обмануться. А теперь расплачивалась за созданную привязанность острой болью утраты.

С Даркланом все было иначе. Настоящую Элизу он толком не знал, зато узнал меня. А потому были все основания полагать, что правда ничего бы не изменила. Он разлюбил меня и никого иного.

Из пруда с кувшинками я зачерпнула воды и полила тенерозы, отдав дань памяти усопшим родителям. А затем, утерев мокрое от слез лицо, я вошла в пустующий дом.

Дарклан распустил всех слуг сразу после похорон родителей. На тот момент я не придавала этому большого значения, но глубоко на подсознании сидела мысль, что за таким большим домом все равно должен кто-то присматривать.