Мужчина, которого я люблю всей душой. Эта фраза посылает неожиданный электрический разряд сквозь меня. Рафаэль — это оно? Это то, чем стали эти пугающие, всепоглощающие отношения между нами?

— К тому же... — Элира смотрит на Кэти, затем наклоняется ближе, понижая голос до шепота, который слышу только я. — Максимо также сказал мне, что ты приходила к нему несколько дней назад. Спасибо. Я действительно это ценю. — Ее рука сжимает мою, и тяжесть отпускает мою грудь. Прощение. Это больше, чем я заслуживаю, но я принимаю это.

— Знаешь, — вступает Джианна, и я впервые поворачиваюсь к ней, чтобы рассмотреть ее как следует. Она такая красивая с ее золотисто-янтарными глазами, ловящими свет, и этим нежно-голубым платьем, от которого она выглядит парящей в воздухе. — Мне интересно, не стоит ли мне ревновать. Ты никогда не пыталась похитить меня. Неужели я никогда не была в твоем поле зрения?

О Боже. — Что? Нет, я...

— Расслабься, я просто шучу. — Ее смех усталый, но искренний. — Поздравляю с этим большим днем. Ты прекрасная невеста, а твое кольцо... — Она тихо свистит. — Абсолютно потрясающее.

Я смотрю на кольцо на пальце и слабо улыбаюсь. Все еще кажется таким сюрреалистичным наконец носить его после всех этих лет.

Движение касается моего плеча, и я вздрагиваю, оглядываясь. Кэти. Черт. Я совсем забыла, что она здесь. — О, я была так невероятно невежлива. — Я прочищаю горло и жестом указываю на нее. — Это Кэти, моя близкая подруга. Кэти, это...

— Я знаю, кто они, — мягко прерывает она меня, наклоняясь, чтобы пожать руки Джианне и Элире.

— Это так странно. Я никогда раньше не была в одной комнате с агентами ФБР, — говорит Джианна. Она поворачивается к Элире с притворно-серьезным выражением лица. — Эл, ты здесь эксперт — как мне сдерживаться?

— Все в порядке, — усмехается Кэти, ее профессиональная маска спадает. — Можешь просто быть собой и выложить мне самые темные секреты своего мужа. Я сохраню их, обещаю.

Все смеются, и я чувствую, как часть напряжения уходит из моих плеч. Возможно, это не будет той катастрофой, которую я себе представляла.

— К тому же, — добавляет она. — Я теперь единственный агент в этой комнате. Эмили решила выбросить свою карьеру на ветер.

Ой. Боль в ее тоне обжигает, но я не могу винить ее. Со стороны это выглядит безумством.

— Ну, я... — начинает Джианна, но ее прерывает самый очаровательный маленький плач, который я когда-либо слышала.

Мое внимание сразу переключается на детские переноски, и внезапно ничто другое не имеет значения. Это дочери Майкла — мои крестные племянницы, если такое существует. Я никогда не встречала их, и это упущение теперь кажется преступным.

Я следую за Джианной, как мотылек на пламя, горя желанием наконец увидеть их вблизи.

— О, — выдыхаю я, заглядывая через ее плечо, пока она поднимает плачущего ребенка и прижимает его к сгибу руки.

Личико малышки сморщено, принимает тревожный оттенок красного, когда она выражает свое недовольство. Но она начинает успокаиваться, как только мать нежно покачивает ее.

У нее копна светлых волос и крошечная родинка в форме сердечка у уголка рта. Когда ее глаза открываются, у меня перехватывает дыхание.

Глаза Майкла. Безошибочно, несомненно глаза Майкла.

Мой взгляд переключается на второго близнеца в переноске. Она тоже проснулась, наблюдает за суетой, словно терпеливо ждет своей очереди, и, черт возьми, я знала, что они идентичны, но увидеть их лично…

Мое сердцебиение замедляется до ровного стука, когда я перевожу взгляд с одной девочки на другую, что-то теплое и странное разворачивается в моей груди. Это то, о чем женщины говорят, когда упоминают, что у них взрываются яичники? Потому что что-то определенно происходит с моими.

— Они такие красивые, — выдаю я, когда наконец вспоминаю, как складывать слова. — Как маленькие копии Майкла.

Джианна устало улыбается. — Они такие же активные и сильные духом, как и он. Это Эмма, — она кивает на ребенка у себя на руках, — а это Нора. — Она кивает на ребенка в переноске. — Она спокойнее, но не дай себя обмануть — она может быть такой же требовательной, когда захочет.

Я улыбаюсь, представляя Майкла отцом. — Могу только представить, каким властным и сверхзаботливым должен быть Майкл. Он, наверное, уже планирует детали охраны. — Снаружи он кажется холодным, но внутри он чистая зефирка, когда дело касается тех, кого любит. Он точно из тех родителей, которые контролируют каждый шаг своих детей.

— О Боже, даже не напоминай, — стонет Джианна. — Он почти не отпустил нас сегодня. Мне пришлось пригрозить ему разводом. Но я ни за что не пропустила бы свадьбу века.

Свадьба века. Внутренне я съеживаюсь от этой драматичной фразы. Кэти показала мне сегодня утром заголовки таблоидов, и все они вариации одной темы:

Миллиардер-бизнесмен женится на госслужащей.

Криминальный авторитет свяжет себя узами брака с агентом ФБР — союз года!