Верно. Конечно, она его видела. Кэти видит все, когда ведет наблюдение. Именно поэтому я обычно знаю об угрозах до того, как они становятся проблемами. Но сегодня я выключила наушник, потому что считала себя умнее ситуации.

Я стискиваю челюсть. У меня нет времени на это. — Я была в шоке, увидев его, но я профессионал. Я сохраняла спокойствие. — Пока не растаяла под его чертовым прикосновением.

— Тебе следовало оставить наушник включенным! Я бы предупредила тебя в ту же секунду, как его заметила. — Ее голос дрожит от разочарования. — А теперь расскажи мне все, что случилось в том кабинете.

Кабинет. Где рот Рафаэля был на моем, а его руки исследовали мое тело, и я забыла все — жертву Райана, миссию, собственное гребаное имя. Я почти рассказываю ей все. Кэти — единственная, кто знает о моей истории с Рафаэлем, единственная, кто понимает, почему он одновременно моя величайшая слабость и самый опасный враг.

Но я не могу. Не сейчас, когда ярость — единственное, что держит меня на ногах.

— Я расскажу, Кэти. Обещаю. Просто... не сейчас. Мне нужно сделать кое-что очень срочное.

Она изучает меня еще мгновение, затем вздыхает и отходит в сторону. Я не даю ей времени передумать — я проношусь мимо нее, словно за мной гонятся псы ада.

Поездка на лифте до вестибюля кажется бесконечной. Моя нога отбивает по полу бешеный ритм, совпадающий с пульсом. Забрать флешку. Убить Рафаэля. Определиться с порядком позже.

В вестибюле я киваю охраннику ночной смены, останавливаясь, когда вспышка света привлекает мое внимание. В углу стоит елка, украшенная гирляндами и игрушками.

— Мило, правда? — говорит охранник — я бросаю взгляд на его бейдж — Тед. — Мы только что поставили ее несколько минут назад.

Но... но ведь только что прошел День благодарения. Слишком рано. Я застываю, завороженно глядя, как огоньки танцуют на елке.

Странно, но в груди сжимается.

Что за странность с Рафаэлем — почти все наши встречи происходят во время праздников? Когда мы встретились пятнадцать лет назад, потом десять, и сейчас... всегда, когда мир празднует, а я тону.

Я отбрасываю эту глупую мысль и поворачиваюсь спиной к елке. Это не важно.

Снаружи холодный воздух сдувает последние остатки ностальгии — и тут я понимаю, что забыла куртку. Черт. Я направляюсь к своему байку и открываю заднее сиденье, где всегда храню запасную кожаную куртку на случай таких ситуаций.

Надеть ее поверх худи — еще та борьба, но после нескольких попыток она наконец налезает — тесновато, но ладно. Я надеваю шлем, сажусь на байк и завожу его.

Мне не нужна карта. Я точно знаю, где находится пентхаус Рафаэля.

Это не то место, где он жил десять лет назад, и у меня никогда не было причин туда ехать, но адрес врезался в мою память. Я сильнее сжимаю руль, лавируя в потоке машин, рев двигателя между бедер вторит дикому рычанию, нарастающему в груди.

Сегодня мы все решим, Рафаэль. Так или иначе.

Двадцать минут спустя я въезжаю в квартал, где находится крепость Рафаэля. Потому что это именно она — неприступный тридцатиэтажный памятник паранойе и власти. Известно, что это одно из самых безопасных мест во всем городе. В основном потому, что он владеет всем зданием и не сдает ни одного этажа. Никаких компаний, никаких случайных арендаторов — только он и его люди. Такой контроль позволяет легко отслеживать, кто входит и выходит, и кто просто дышит слишком близко к входной двери.

Я подъезжаю к случайному месту на другой стороне улицы и глушу двигатель. Понятия не имею, как часто байки проезжают мимо этого места, но подозреваю, что достаточно редко, чтобы мой не остался незамеченным. Я задерживаюсь в шлеме, делая вид, что проверяю телефон, а сама поглядываю на здание.

У входа стоит всего один охранник. Это все, что я вижу. Но я не глупа. Внутри и вокруг подземной парковки — а это самый используемый вход — прячутся еще не меньше дюжины. На крыше наверняка снайперы, кто знает.

Отлично. Так как же, черт возьми, мне попасть внутрь?

Я открываю сиденье, прячу шлем и начинаю идти. Ничего срочного, ничего подозрительного — просто женщина вышла на вечернюю прогулку. Я держусь противоположной стороны, медленно дыша, когда прохожу мимо, каждый выдох завивается морозным облачком. Мои глаза скользят по зданию, словно я едва его замечаю.

Не смотреть в упор. Не замедляться. Просто вести себя как обычный пешеход. Ничего интересного.

Но я чувствую это. Это колющее ощущение на затылке. Ненавижу это чувство — словно меня уже заметили.

Черт.

Я продолжаю идти до конца квартала, затем разворачиваюсь и иду обратно. Все еще нет плана. Ни поддержки. Ни ордера. Я могла бы попытаться прорваться блефом — сказать, что я невеста Рафаэля, или какую-нибудь чушь. Но что потом? Он бы рассмеялся и велел вышвырнуть меня как мусор. В конце концов, он украл мою флешку и знает, что я приду за ней. Он будет готов.

И серьезно? Я лучше подожгу себя, чем позволю кому-то думать, что я его.