Земля под ним полностью обрушивается, и Гарри падает - долго, теряясь во тьме, покачиваясь, словно воздушный шарик, идущий к земле. Наконец, спустя целую вечность, его ноги касаются более твердой поверхности, или, вернее, пола: холодного камня, сырых плит, зеленого мха и запаха, теперь еще более сильного - мокрой собаки, протухшего мяса.

- Ты уже стал Пастухом? - говорит голос, и его теплое дыхание касается уха Гарри, пока его глаза постепенно привыкают к полумраку.

Он стоит в скотобойне, похожей на ту, что в его сарае, но эти кости, хотя и разбросаны по всей камере, старые, потемневшие и без крови. Кроме того, это явно не овцы; три ухмыляющихся черепа демонстрируют слишком человеческие улыбки с пожелтевшими и сломанными зубами.

- У тебя свое стадо, а у меня - свое, - говорит голос. - Я снова получу свое. Ты уже стал Пастухом?

- Чего, блядь, тебе от меня надо? - закричал Гарри.

Гарри проснулся, еще не протрезвев, от того, что кто-то тряс его за плечо. Он поднял глаза и увидел лицо болтуна Боба.

- Что, блядь, теперь? - спросил Гарри.

- Я тут ни при чем, парень, - ответил Боб, внезапно отступая, словно испугавшись. - Просто мне стало интересно, почему ты кричал.

Гарри огляделся по комнате. Почти все смотрели на него. Ему вновь пришло в голову, что большинство людей, с которыми он когда-либо общался в своей жизни, собрались здесь, в одном месте. Одно слово всплыло в его голове из того сна.

Сгоняемые в стадо.

Его пробрал холод до костей, и на этот раз он был почти уверен, что это не имело никакого отношения к дождю.

- Вигго -

Вигго не был так измотан, как следовало бы: сочетание виски и адреналина, которое, как он знал по опыту, рано или поздно приведет к чертовски сильному переутомлению. Но пока он чувствовал себя просто отлично и ни за что на свете не хотел бы оказаться где-то еще. Несмотря на все трудности нынешней работы... а может, даже благодаря им... Вигго начинал понимать, что находится именно там, где хотел бы быть: в отряде единомышленников, ведущих праведную борьбу. Повышение по службе было бы неплохо, но в качестве старшего сержанта ему пришлось бы иметь дело с чертовски большим объемом бумажной волокиты и административными головными болями, с которыми он просто не сталкивался, находясь в полевых условиях. Конечно, дополнительные деньги пригодились бы.

Но я и так достаточно трачу на сигареты и выпивку. Что мне делать с остатком? Открыть чертов пенсионный фонд?

Пока ветер ревел у него в ушах, а дождь хлестал по лицу, Вигго позволил себе широко улыбнуться.

- Чего ты, блядь, так радуешься, сержант? - спросил Даффилд.

- Просто смотрю на жизнь с положительной стороны, босс, - ответил Вигго. - И рад, что не сдох.

- Только постарайся оставаться таким же, - ответил Даффилд, тоже улыбаясь. - Я бы по тебе скучал.

- Готов поспорить, ты это всем девчонкам говоришь.

Дождь не собирался прекращаться, и им удалось получить лишь небольшую передышку, когда они повернули за угол и дождь стал в основном барабанить по ним сзади, а не обрушиваться с полной силой спереди. Вигго едва мог видеть дальше десяти ярдов в любом направлении. Земля под ногами была совершенно промокшей, и они разбрызгивали воду при каждом шаге.

- О, как же мне нравится быть у моря, - громко запел Вигго, и, посмеявшись, все присоединились к нему.

Они допели до первого припева, прежде чем Даффилд остановил их, подняв одну руку в кулак.

Они стояли в тишине, и в ушах у них звучал лишь рев ветра.

- Мне показалось, что я что-то услышал, - сказал Даффилд. - Похоже на вой, но, может, это просто ветер.

- Наверное, это Мак поет, - сказал Вигго. - А я подумал, что кто-то душит кошку.

Даффилд снова попросил всех замолчать, но вновь слышались только звуки стихии. Через несколько секунд они двинулись дальше: лейтенант шел осторожнее, а остальные следовали его примеру.

Уилкинс и Вигго шли бок о бок по узкому мощеному переулку, пролегавшему между двумя домами и ведущему к ровной площадке, где когда-то были спортивные площадки. Переулок служил воронкой для дождя, и потоки воды стекали по стенам с обеих сторон и собирались ручейком у их ног.

- Ну и как это было, сержант? - спросил Уилкинс. - Эта огромная черная собака...

- Выглядело как чертовски большая черная собака, - сказал Вигго, вспоминая. - Нет, на самом деле, скорее как чертов черный медведь. Я уже говорил, что она была большая? То есть, она была чертовски огромная, - oн вытянул руку на высоту плеча. - Вот такой размер, может, даже больше, и пахло так, будто она обделалась, а потом повалялась в этом. Ее ни за что не перепутаешь ни с чем другим.

Они вышли из переулка и снова оказались под полной силой стихии. Ветер дергал их, а дождь хлестал по их дождевикам. Лейтенанту пришлось собрать всех в кружок, прижав головы друг к другу, чтобы его было слышно.

- Последний раз его видел тот парень, Гарри, где-то неподалеку отсюда, - сказал он. - Тот холм, который он назвал "Сиськами Старого Томаса", находится на севере. Так что сначала направимся туда и осмотримся. Головы вверх и глаза на чеку, ребята, и если увидите его, сначала стреляйте, а потом задавайте вопросы.