— Я всю ночь ломал голову над тем, не слишком ли гладко все вышло с его поимкой. Мне достоверно известно, что несколько недель назад он сумел пробраться во дворец и выйти обратно прямо под носом у моей лучшей охраны. И теперь вдруг попадается в идеальной ситуации, нарушая условия залога? Он слишком умен для такого промаха, я твержу это себе без конца, хотя умные женщины всегда были его слабостью.

— Полагаю, мне стоит принять это за комплимент?

— Если угодно. Но поумерьте гордыню, ведь я наблюдаю за вами и нахожу вас самым опасным типом умников — неосведомленных.

Декабрина удивленно склонила голову.

— Вы не понимаете, что творите, но вам хватает сообразительности это скрывать. Знающему дураку вполне можно доверять — в армии таких, к сожалению, пруд пруди. Но неосведомленный самородок? Это опасно. Опасно, опасно, опасно. — Генерал задумчиво потер подбородок. — Он рассказал вам, зачем пробрался во дворец?

— Нет. Хотя… я бы предположила, что он пытался спасти свою шею.

— У Флинта всегда больше одного мотива. Да и за собственную шею он в последнее время, кажется, не слишком волнуется… Не могу взять в толк, что на самом деле произошло с дочерью герцога, а мне он не скажет. Он не вор, уж это точно. И вот теперь он сидит за решеткой, а меня не покидает ощущение, что меня просто поймали на наживку.

— Генерал, — произнесла Декабрина, набравшись смелости, — могу я признаться, что вы оказались совсем не таким, как я ожидала?

— Хм?

— Письменный стол, бумаги.

— Ах, это. В молодые годы большинство моих начальников сетовали на то же самое. Никто ведь не предупреждает, что в случае успеха ты закончишь дни за конторским столом, а не в кавалерийской атаке. Забавно, ведь их начальники наверняка жаловались точно так же, так что ни один из нас не может оправдывать свое удивление. До таких чинов можно дослужиться, только если в канцелярской стратегии силен так же, как и на поле боя.

Дрейкс откинулся на спинку, и Декабрина невольно вспомнила… Матина. Как он сидел в своем кресле, обдумывая отчеты, которые должен был отправить королю. И в этот миг она осознала кое-что ужасное.

Декабрина сама загнала этого человека в жесткие рамки стереотипов.

Мы все так поступаем. Возможно, правы антропологи, и наша страсть искать шаблоны — лишь инстинкт выживания, доставшийся в наследство со времен, когда приходилось принимать мгновенные решения, чтобы не стать добычей хищника с зубами размером с нашу ногу. Декабрина осудила этого человека при первой же встрече, мгновенно сравнив его с Барком из-за внешнего сходства.

И пусть она чувствовала себя дурой, я бы не стал судить ее строго. Восемьдесят лет в захолустном городке прекрасно подготовили ее к определенным жизненным ситуациям, но умение разглядеть замученного государственного служащего в теле огромного солдата в их число не входило.

«Всю жизнь меня загоняли в рамки, и я отвергала их, если они мне не подходили. Нельзя поступать так же. Я должна быть выше этого».

— Генерал, боюсь, я еще более не осведомленная, чем вам кажется. Я действительно понятия не имею, что происходит в этом городе, если не считать его неминуемой гибели, которую я видела в будущем.

— Неминуемой гибели? — переспросил он.

— Джеффрим не поделился с вами? Он уверял, что собирается рассказать королю о моих видениях.

— Впервые слышу, — буркнул Дрейкс. — Скажем так… существует огромное количество тем, о которых мне не докладывают.

«Он ведь один из самых ярых критиков короля», — вспомнила Декабрина слова Таманты о Дрейксе.

— Что ж, у лорда Джеффрима все мои записи. Именно поэтому он и леди Петва разрешили мне обхитрить Флинта, когда я еще считала его более скверным человеком, чем он есть на самом деле. И…

— Джеффрим и Петва знали, что вы собираетесь встретиться с Флинтом? — перебил Дрейкс.

— Конечно знали. Иначе как бы вы поняли, где нас искать? Они обещали прислать подмогу, если я попаду в беду.

— Это был анонимный донос… — Дрейкс резко поднялся, сдернул очки, и к нему вернулась былая хмурость — точнее, гримаса человека, который просто щурится от плохого зрения. — Прошу прощения. Пожалуйста, подождите здесь.

Он стремительно вышел.

Декабрина осталась в полном недоумении. Сквозь распахнутую дверь было видно, как Дрейкс кликнул солдат и зашагал прочь по коридору.

«Джеффрим, — осознала она. — Его я тоже загнала в рамки стереотипов. Представила добрым управляющим…»

Внезапно ей показалось очень странным, что Джеффрим и Петва не помешали ее общению с Флинтом. Конечно, они громогласно возражали, но на деле ничего не предприняли. Если взглянуть без предвзятости, как советовала Таманта… С их стороны глупо позволять деревенской девчонке пробраться на охраняемый объект и в одиночку шпионить за мастером сыска. Они обязаны были ее остановить.