Они поставили тусклый фонарь на пол подле Джеффрима. Он разглядывал Декабрину, и ее пальцы закололо от холода. Пальто у нее отобрали, а старое платье уже замаралось о неметеный пол. Никогда прежде она не чувствовала себя такой деревенской простушкой, как сейчас, сжавшись перед этим человеком в темном облачении.

— Откуда у тебя это? — спросил Джеффрим, показав блеснувший в свете ключ.

Декабрина смолчала.

— Я могу подвергнуть тебя пыткам. Как ведьма, ты лишена всякой защиты, а если переживаешь о своем титуле… что ж, король выяснил, что кто-то подделал его печать на тех бумагах.

— Ублюдок.

— Я полагал, что, зная свое происхождение, ты не станешь использовать это слово в качестве оскорбления. — Джеффрим покачал ключом. — От Флинта, надо полагать?

— Да, — призналась Декабрина.

— Хорошо, хорошо. — Размеренным, точным движением он раскрыл карманный блокнот. — Теперь я хочу прояснить несколько деталей из твоего рассказа. Жизненно важно, чтобы…

— Вы погубите город, всю страну.

Джеффрим захлопнул блокнот, и Декабрина невольно вздрогнула. И как только она ухитрилась разглядеть черты Матина в этом чудовище?

— Известно ли тебе, что демонский камень на исходе? — спокойно спросил он. — Камень восстанавливается медленно, а наиболее мощная порода из глубины кишечника практически полностью исчерпана. Больше не регенерирует.

— И что с того?

— Это знак, что узы Пророка слабеют. — Джеффрим скрестил руки, все еще сжимая блокнот, и заговорил размеренно, четко. — Я годами понимал, что нам необходимо предпринять шаги для обуздания демона. Твое видение доказывает, что кто-то рано или поздно выпустит его на волю. Возможно, в твоем видении это сделал я. Возможно, король. Может, Флинт, герцог Кирд или даже бедный генерал. Тот, кто ухитрился выведать у короля тайные слова.

— Это были вы, — выплюнула Декабрина.

— Как я уже сказал, возможно. В реальном будущем этим человеком стану я просто потому, что это необходимо сделать. Эту силу нужно использовать, подчинить. Раз уж суждено кому-то одному, я должен позаботиться, чтобы все прошло правильно и с наибольшими шансами на успех. Я планировал это годами. Я готов. И обязан быть готовым, ведь я не могу рисковать, позволяя твоему видению сбыться, если силу заберет кто-то другой.

Декабрина задрожала, вынужденная признать, что ее первоначальная оценка этого человека не была совсем ошибочной. Как ни прискорбно это сознавать, его сухой, бесстрастный тон в точности повторял манеру Матина обсуждать дела. Он обладал умом, склонным к планированию, маневрам и тихому разрешению проблем из-за кулис. Жители Приречного, к примеру, так никогда и не узнали, что именно Матин уладил их трудности с налогами.

Да, перед ней стоял Матин, если бы из него вытравили все сострадание, оставив лишь холодный разум для решения задач.

— Ничего не выйдет, Джеффрим, — прошептала Декабрина, отстраняясь от его жуткой тени. — Выслушайте меня. Если вы его выпустите, он уничтожит королевство.

— Только в том случае, если Петва не сумеет его обуздать.

— Она не сумеет, — с болью произнесла Декабрина. — Она не сможет совладать с ним, Джеффрим. Заклинатели согласны: умение безвозвратно утрачено. Даже Пророку такое не под силу. Мы должны оставить его взаперти. Мы обязаны…

— Единственное, что ты обязана делать, — это отвечать на мои вопросы.

— Но зачем? Ради власти? У вас и так есть все, чего можно пожелать, а теперь, когда Дрейкс…

— Мертв. Слово, которое ты ищешь, — «мертв». Нам удалось убрать его во время стычки, что весьма кстати, ведь иначе закон потребовал бы сохранить ему жизнь для суда. Я все же испытываю легкое сожаление, поскольку сам не присутствовал, а я предпочитаю смотреть врагам в глаза, когда они умирают. А теперь — мои вопросы.

— Гореть вам в аду.

Он щелкнул пальцами.

Снаружи отворилась дверь, донеслись шаги. Какой-то мужчина бормотал и ругался. Флинт! Это Флинт.

Джеффрим снова щелкнул пальцами, и подземелье огласил крик боли. Декабрина ахнула от прозвучавшей в нем чистой, невыносимой муки.

— Оставьте его, пожалуйста! — взмолилась она, бросаясь к решетке. — Не делайте ему больно!

— Мои вопросы? — спокойно осведомился Джеффрим. — Если хочешь защитить город, разве помочь мне — не лучший шанс? В твоем нынешнем положении помочь мне правильно обуздать демона и предотвратить грядущий мор — лучшее, что ты можешь сделать. Не так ли?

Он…

Проклятье. Он прав. Снова. Раз уж ей не удалось убедить его отказаться от задуманного… оставалось лишь надеяться, что ее видение поможет избежать основных разрушений.

Декабрина медлила слишком долго, так что Джеффрим опять щелкнул пальцами, и по подземелью разнесся очередной крик Флинта. Оборвался он с внезапной, разрывающей сердце резкостью.

— Я скажу! — воскликнула она, и на глаза навернулись слезы. — Пожалуйста. Перестаньте делать ему больно. Я все скажу.

— В таком случае приступим, — произнес Джеффрим, держа карандаш наготове.