«Особое оборудование, ничего не скажешь», — подумала Декабрина.

В этот момент из речной жижи прямо подле нее вынырнул кот-демон. Он бросил единственный взгляд на заклинателей и тут же испуганно скрылся в глубине.

Эта деталь показалась ей крайне любопытной. Декабрина поползла дальше, но русло становилось все более мелким и узким. Из стен повсюду сочились тонкие струйки крови, и чем выше по течению она поднималась, тем меньше ее оставалось. Скоро продвигаться вперед станет невозможно, но пока этого и не требовалось. Декабрина просто замерла в ожидании. Тревога нарастала: с каждой потерянной минутой увеличивался риск того, что ее исчезновение обнаружат.

— Зачем ждать? — прошептал демон, высунув голову.

Декабрина не ответила, но чутье ее не подвело. Вскоре по туннелю прошел человек в черном. Вернее, прохромал. Оказавшись в глубине владений заклинателей, Флинт скинул капюшон, открыв серебряную бороду. При виде его Декабрина невольно улыбнулась. Граф поприветствовал двоих заклинателей, что работали неподалеку.

— Принес? — спросила женщина, опуская капюшон.

Флинт приподнял небольшую коробку с ручкой, напоминающую фонарь.

— Давай посмотрим. — Женщина жестом пригласила его пройти вглубь туннеля.

Проклятье. Они прошли мимо места, где Декабрина могла следовать за ними по реке. Ей придется рискнуть и выйти на открытое пространство. Здесь было гораздо темнее, чем в главном зале: река казалась мрачной, а стены — блеклыми. Она начала выбираться из притока и, по мере того как густая речная жижа стекала с тела… поняла, что осталась совершенно голая. Ну, то есть в купальнике, но разницы почти нет. Ахнув от неожиданности, Декабрина тут же нырнула обратно в кровь.

— Что такое? — Демон явно забавлялся ее испугом. — Думала, платье останется на тебе после того, как ты растворишь его в реке? Зря ты отказалась от моей помощи.

— Чистое, неразбавленное зло.

— Ну, всего лишь крошечная капля. Ты вполне могла бы разбавить зло своей добротой или чем ты там богата.

Декабрина стиснула зубы, понимая, что у нее нет с собой эскиза, чтобы сотворить приличный наряд. Она все же попробовала представить одежду, но густая влага просто соскользнула с нее.

— Здесь кровь слишком густая, — пояснил демон. — Не то что внизу, где она успела отстояться и разделиться на слои. Ее трудно заставить подчиниться.

«Мантия, — сосредоточилась Декабрина. — Обычная мантия, как у них. Простая, неприметная».

Она вновь покинула приток, и на этот раз вокруг ее тела неохотно соткалось подобие темного балахона. На первое время сойдет. Декабрина даже не заметила, что с подола вовсю капает, когда выбралась на берег и попыталась с непринужденным видом проследовать за остальными. Демон, к счастью, за ней не пошел — слишком боялся заклинателей.

Флинт со спутниками полностью полагались на бдительность стражи и не опасались лишних глаз. Они устроились за столом в небольшом помещении, похожем на закрытую террасу в пещере, где обычно обедали. Сюда же подтягивались и другие заклинатели, некоторые — парами. Декабрина пристроилась за соседним столом, откуда все было прекрасно слышно.

Флинт тем временем возился со своим странным фонарем. Он откинул боковые створки, открыв взглядам ярко горящее пламя. И у этого пламени… было лицо?

— Послушайте, — объявило оно, — я не знаю, что тут вообще происходит, но мне очень кажется, что кто-то пытался меня убить.

Сидевшие за столом заклинатели переглянулись, а Флинт отозвался негромко и насмешливо:

— Тебя действительно убили, бессмертный шут. Сдается мне, ты теперь призрак.

— Вот же черт, — ответило пламя. (Да, это я.) — Как неловко вышло.

Глава XXVII

Что ж, поскольку кое-кто из вас может знать о тайных искусствах достаточно, чтобы это было опасно, позвольте все прояснить. Строго говоря, призраком я не являлся. (Как и когнитивной тенью, возвращенным, Вестником или призраком Кредо — выбирайте любой термин на свой вкус.) То пламя, при всей его мощи, не могло меня убить, хотя у него почти получилось. Я бы даже восхитился, если бы не был так напуган.

Пламя попросту подожгло мою душу, превратило ее в нечто вроде нефтяной скважины после жуткой аварии. Мое тело испарилось, но магические силы непрерывно пытались вырастить его заново, что лишь подбрасывало дров в этот чародейский костер. В итоге получилась этакая бутановая лампа имени Хойда.

К сожалению, в подобном состоянии я оказался практически бессилен, а вся моя краткосрочная память выгорела подчистую. Пострадали даже некоторые давние воспоминания. (Не переживайте, к тому моменту я уже обзавелся резервными копиями. Да, отчасти из-за того самого случая, о котором вы сейчас подумали. И из-за другого тоже. Да-да, именно из-за него. Слушайте, причин для создания копий у меня хоть отбавляй. В конце концов, жизнь меня кое-чему научила.)