— Это и правда интересно и довольно необычно, — пробормотала Рада. — А этот скелет… Он старый?

— Алексей Андреевич говорит, скелету лет двести, а может, больше. Мы отправили останки в Москву, в Институт археологии, там ими займутся ученые.

— А украшения? Их тоже отправили в Москву?

— Нет, мы все аккуратно засняли, зарисовали и каталогизировали. Все находки в нашей полевой лаборатории.

Глаза Рады загорелись неподдельным интересом.

— А можно мне взглянуть?

— О… — Кир замялся. — Да, наверное, но лучше спросить у Алексея Андреевича.

— О чем спросить? — раздался за их спинами голос Иволгина, и Рада вздрогнула от неожиданности.

Они с Киром обернулись.

— Да я тут рассказывал Раде Сергеевне про наш скелет, — виноватым тоном пробормотал парень, будто только что совершил какое-то преступление.

— И Рада Сергеевна, конечно, заинтересовалась? — хмыкнул Алексей.

— Покажешь? — обратилась к нему Рада.

— С удовольствием, — кивнул он и выставил локоть, предлагая Раде взять его под руку, от чего она отказалась, тихонько фыркнув.

Иволгин рассмеялся.

Внезапно стеной хлынул дождь, и вся троица опрометью бросилась под навес.

Глава 7

Ольховка, наши дни

Дождь хлестал по брезентовому навесу с таким остервенением, что заглушал все остальные звуки, и чтобы быть услышанным, приходилось говорить громче.

Под укрытием собралась вся разномастная команда Иволгина: Кир, Артём, Веня, Динамит и Маруся. Не хватало только Дианы, которая так и не появилась на площадке после сцены у сторожки.

Воздух наполнился запахом мокрой земли, влажной ткани и кофе из огромного термоса, который открыл Веня и теперь всех щедро угощал. Получила свою порцию и Рада.

Они с Иволгиным сели у задней стенки, которую с началом ливня опустил и закрепил Динамит. Артём занимался боковыми, а Маруся приговаривала:

— А я вам, парни, говорила, что не надо оставлять только крышу, а нужно было сразу сделать полноценное укрытие от дождя и ветра.

— Говорила, а мы, олухи, не слушали, — подтвердил Иволгин.

— Потому что говорят: послушай женщину и сделай по-своему, — рассмеялся Динамит.

— А я обычно говорю то же самое, но с точностью до наоборот, — не выдержала такой мизогинии Рада.

— А я считаю, что любой дискриминации нужно сказать нет! — остановил готовый было разгореться спор Алексей.

Он открыл один из ящиков и извлек оттуда целую пачку фотографий, упакованных в зип-локи. Каждое фото было пронумеровано и подписано.

— После того как был найден скелет, меня к себе пригласил Скоробогатов, — начал Алексей, раскладывая перед Радой фотоснимки. — Он был на взводе, сгорал от любопытства.

— Он целенаправленно искал встречи с тобой?

— Ну, как ты понимаешь, единственный археолог, чье имя известно в широких кругах, — это твой покорный слуга. — Хмыкнув, Алексей поклонился Раде. — Вот Скоробогатов и решил, что хочет заполучить себе самого лучшего в нашем деле.

— Как всегда, скромен до невозможного, — покачала головой Рада. — И что же, тебя сразу заинтересовало это дело?

— Поначалу я отнесся скептически, решив, что найденный скелет исторического интереса не представляет, но все же приехал, так как был не занят. Но когда оказался здесь и осмотрел находку, то понял: здесь нашли сокровище. И, что немаловажно, настоящую историческую загадку. — Алексей положил перед Радой первый снимок. — Вот, смотри.

Рада со все возрастающим интересом рассматривала одно фото за другим. На первых запечатлели довольно узкое, тесное помещение, грубо сложенное из камня, явно пристроенное к старому фундаменту церкви. Оно напоминало каменный мешок.

— Это не склеп и не усыпальница? — спросила Рада.

— О нет. Видишь? — Алексей указал на один из кадров, где был виден скелет. — Никакого саркофага, ниши, даже намогильной плиты. Просто комната…

— Странная поза для захоронения, — пробормотала Рада.

— Ты права. Очень странная. Поворот головы, положение рук, раскинутые ноги — все говорит о том, что тело просто сбросили в этот каменный мешок откуда-то сверху.

— Сбросили? — Рада почувствовала легкий холодок, пробежавший по спине.

Она внимательно всмотрелась в изображение скелета: неплохо сохранившаяся одежда когда-то ярких расцветок, украшения на голове, руках, шее и талии. Наверное, такой наряд можно было бы назвать погребальным, если бы не поза женщины. Она была неестественной, говорящей о насилии и пренебрежении.

Следующие фотографии были крупнее. Рада медленно рассматривала их, а Алексей тем временем открыл ящик с находками.

— А вот и ее «приданое», — сказал он, и в его голосе прозвучала мрачная ирония.

Рада замерла, разглядывая украшения, тщательно упакованные в прозрачные пакеты с клапаном.

Массивные, из литого золота, серьги были выполнены в виде сложных ажурных дисков, от которых, словно лучи, отходили подвески с грубо ограненными гранатами, темно-красными, как запекшаяся кровь.