Я хмыкаю. Что еще я могу сделать? Ни один из этих планов не кажется мне подходящим для ее защиты, поэтому я был вынужден позволить ей выбрать, какой из них мы реализуем.

Кайли прикусывает нижнюю губу.

– Ты, эм, превращаешься в волка каждую ночь или только в полнолуние? Мне стало интересно, потому что прошлой ночью ты ушел из комнаты, и я слышала волчий вой. Но это было не в полнолуние.

– Она была почти полной. Я могу превращаться в волка в любое время дня и ночи, но зов сильнее всего в ночь полнолуния, а также в ночи до и после него.

– Ты убиваешь животных и ешь их?

– Да, но мне нужна кровь, а не мясо.

Не могу поверить, что обсуждаю это с ней. Никто другой никогда не спрашивал у меня подробностей о моих ночных похождениях.

– Кровь? – говорит она. – Я думала, ты оборотень, а не вампир.

– Я не вонзаю свои клыки в вены живых существ, чтобы поесть. Я разрываю плоть на части, чтобы слизать, э-э, кровь. Животные, которыми я питаюсь, обычно умирают, но, насколько я знаю, это не быстрая смерть.

– Ты разрываешь их на части? – она морщит нос. – Это отвратительно.

Когда я начинаю говорить, она прижимает к моим губам средний и указательный пальцы.

Я мог бы убрать ее пальцы со своих губ, но, кажется, я теряю способность двигаться, когда она находится так близко ко мне.

– Подожди минутку, – говорит она, затем отпускает мой рот. – Ты сказал, что ничего не помнишь из того, что происходит после твоего превращения.

– Да, это правда.

– Тогда откуда ты знаешь, что убивал живых существ? Ты ошибся насчет Корделии.

– Я просыпаюсь весь в крови.

– Ладно, это и правда звучит подозрительно фатально, – она постукивает пальцем по губам, как будто размышляет. – Но ты имеешь в виду, что ты буквально весь в крови, с головы до ног? Или ты имеешь в виду, что кровь находится в нескольких местах, но не на всем теле?

Мне нужно немного осмыслить ее вопросы, потому что я никогда раньше не задумывался об этом. Когда я просыпаюсь после ночи, проведенной в волчьем обличье, перед глазами мелькает кровь. Затем я спешу избавиться от нее. Неужели по утрам я и правда весь в крови? Я мысленно пытаюсь найти ответ.

– Не с головы до ног, – наконец отвечаю я ей. – Думаю, ты бы сказала, что я забрызган кровью.

– Забрызган? Это ставит под сомнение ты ли убиваешь кого-то. Возможно, ты наносишь раны животным, и они выживают и выздоравливают.

– Ты кажется абсолютно веришь в меня, но я не могу понять почему.

– Потому что ты хороший человек, несмотря на все твои ворчания и выходки, нацеленные на то, чтобы заставить меня уйти.

– Прости меня за мое поведение.

– Да, я знаю. Все в порядке, – она проводит пальцами по моим волосам. – Ты испугался, и это единственная причина, по которой ты вел себя как придурок после нашей встречи в пещере.

Я не могу понять, почему эта женщина прощает и верит в меня. Ей следует найти нормального, уравновешенного мужчину, который способен обеспечить ей такую жизнь, какой она заслуживает.

Но я не могу отказаться от нее. Она нужна мне.

Да, я эгоистичный ублюдок.

Кайли обводит взглядом комнату, осматривая каждый дюйм, включая потолок, прежде чем снова посмотреть на меня.

– Меня все еще смущает одна вещь. Почему бы тебе не оставаться в этой комнате каждую ночь, вместо того чтобы выходить на улицу? Ты бы не смог причинить вред ни одному живому существу, если бы закрылся здесь.

– Я уже пробовал. И ты можешь видеть результат, – я показываю рукой на пол и стены. – Я оставил эти отметины на дереве. Волк во мне отчаянно хочет вырваться на свободу. После трансформации я попытался выбраться из этой комнаты, но не смог. Я проснулся, чувствуя голод и в очень плохом настроении, не говоря уже о том, что я был весь в синяках и крови, а еще у меня отсутствовали все ногти на руках и ногах.

– Ой. Сколько раз ты запирался здесь?

– Дважды. И после второго раза я был в таком состоянии, что чуть не набросился на мужчину, потому что он отпустил саркастический комментарий о моей внешности, – я неловко ерзаю на стуле, несмотря на то что Кайли сидела у меня на коленях. – Я решил, что для моего рассудка и благополучия горожан будет безопаснее, если я ночью буду убегать в дикую местность.

– Но ты сказал, что можешь превращаться в волка в любое время, а не только в полнолуние.

– Да, но я предпочитаю этого не делать, – я шлепаю ее по заднице. – Пойдем, я научу тебя обращаться с винтовкой «Винчестер» 73-го года выпуска. Возможно, она тебе пригодится сегодня вечером.

– Я готова следовать твоим указаниям, милорд.

– Только слуги называют графа «милорд». Ты у меня не работаешь.

Хотя мне понравилось, когда она называет меня так. Мне хочется овладеть ею прямо здесь, на этом стуле.

– Это был сарказм, Натаниэль.

– Да, я знаю об этом, – я встаю, держа ее на руках, и опускаю ее ноги на пол. – Пришло время для тренировки.