Она фыркает. — И что? Думаешь, это должно меня остановить? Ты знаешь, сколько женатых мужчин приходят сюда, жаждущих киски, которая не принадлежит их скучной жене? — Она делает шаг ближе, протягивая руку к моей груди.

Большая ошибка.

Я хватаю её за запястье, прежде чем она успевает дотронуться, сжимая достаточно сильно, чтобы причинить боль. Она издаёт маленький испуганный крик, и я свободной рукой поправляю пиджак — ровно настолько, чтобы она увидела пистолет на моём бедре. — Ты действительно не хочешь связываться со мной сейчас.

Её глаза расширяются, и я отпускаю её. Она отступает назад, потирая запястье, бормоча: — Безумный ублюдок, — прежде чем убраться прочь.

Чёрт возьми, да.

Лоренцо рычит, направляясь за ней с убийством в глазах, но я кладу руку ему на плечо, останавливая. — Она того не стоит.

Я смотрю на телефон, и мой пульс на полсекунды учащается. Моя добыча сбежала, пока я отвлекался на эту чушь?

Нет. Они всё ещё здесь. Они не двигались.

Мы следуем за трекером в заднюю комнату, не встречая сопротивления ни от вышибал, ни от менеджеров. Внутри мы находим ублюдков, поглощённых интенсивной игрой в покер с каким-то неизвестным пятым мужчиной. Их головы поднимаются, когда мы входим, глаза широко распахиваются.

Затем, как трусы, они пытаются сбежать, как и в прошлый раз.

Но сегодня вечером бежать некуда. Я позаботился об этом.

Я достаю пистолет из кобуры и стреляю.

Неизвестный мужчина падает. Также падают двое из первоначальной четвёрки. Кровь разбрызгивается по покерному столу, окрашивая карты в середине игры.

Последние двое застывают, перепуганные до смерти.

Я наставляю пистолет прямо на голову четвёртого мужчины. — Расскажи мне всё о наркотиках, которые вы продаёте, или присоединишься к своим павшим товарищам.

Он сглатывает. — Я не могу, я...

Я нажимаю на спусковой крючок, и его тело падает на пол.

Последний мужчина не ждёт, пока я заговорю. Он падает на колени, рыдая. — Это Карло! Всё было идеей Карло. — Слова вылетают между всхлипами. — Пожалуйста, не убивай меня, я только выполнял приказы своего Дона — клянусь!

— Расскажи мне всё, — приказываю я.

И он рассказывает. Он выкладывает всё. Каждая деталь выливается из него.

Когда он заканчивает, я смотрю ему прямо в глаза. — Спасибо. — Затем стреляю в упор.

— Избавьтесь от тел, — говорю я своим людям, убирая оружие в кобуру и уже выходя с Лоренцо.

Когда мы покидаем клуб, я достаю телефон и отправляю сообщение в группу с братьями.

Экстренное собрание. Заканчивайте всё, чем вы, блядь, заняты, и присоединяйтесь ко мне в Harare через три часа.

— Карло Армани, — бормочет Максимо, медленно качая головой. — Не думал, что у старика хватит яиц. Это его способ отомстить за то, что ты женился на его невесте?

— Они уже разбавляли наше дерьмо до того, как Майкл женился на Джианне, — указывает Ромеро, перекатывая в ладони стакан с виски. — Майклу пришлось избавиться от некоторых отбросов несколько недель назад, помнишь?

Эти ублюдки работали на углах, скупая наши дешёвые лекарства под вымышленными именами и вымышленными историями, лишая людей, которые действительно нуждались в них, — только чтобы разбавлять их и перепродавать по нелепым ценам, используя наше имя.

Я глубоко затягиваюсь своей «Кохибой», откидываясь на спинку стула, пытаясь мыслить сквозь красную пелену ярости. — Это не только Карло, — напоминаю я, выпуская идеальное дымовое кольцо, которое зависает в воздухе между нами. — Он работает с Альдо»

— Альдо был на нашей стороне годами, — начинает Максимо, хмурясь. — Он был одним из первых старых Донов, поклявшихся нам в верности. Он не был бы настолько глуп, чтобы рисковать этим. Он очень хорошо знает, на что мы способны.

— Человек потерял сына. Может быть, он потерял и рассудок, — задумчиво говорит Ромеро, делая глоток.

Я внимательно смотрю на него. Он воспринимает это куда лучше, чем я ожидал, учитывая, что он, по сути, тот, кто втянул нас всех в это распространение лекарств. Почему он не злится?

Рафаэль вздыхает, откидываясь назад. — Он начал это ещё до того, как потерял сына, так что у него даже нет этого как оправдания. О чём он, чёрт возьми, думает?

— Мне плевать, что думает Альдо, но я доверяю Майклу — он докопается до сути. Что касается меня, у меня есть жена, к которой нужно идти. — Максимо встаёт, поправляя запонки. — Спокойной ночи, придурки.

Я выпускаю в его сторону дымовое кольцо, и он закатывает глаза, уходя.

Ромеро допивает остатки и встаёт. — Что ж, мне тоже пора. Жена дома меня не ждёт, но у меня куча работы на столе... и одна симпатичная штучка у бара, которая глазела на меня весь вечер. Не могу лишить её всего этого великолепия. — Он хлопает себя по груди и выходит.

За столом остаёмся только мы с Рафаэлем.

Он изучает меня мгновение, затем спрашивает небрежно: — Ну и как тебе семейная жизнь?