Хотя только медицинский директор знает, что здание моё, я всё равно хочу произвести впечатление изысканной и элегантной личности на остальных сотрудников. В конце концов, скоро я буду работать вместе с ними как жена Майкла, и мне нужно их уважение.

Я игриво наклоняю голову. — Я бы поцеловала тебя, но только размажу помаду по твоему рту, а вишнёво-красный тебе не идёт.

Его глаза темнеют, опускаясь к моим губам. Он наклоняется, голос переходит в рычание. — Проверь меня. Поцелуй меня, блядь, Джианна.

Я уже собираюсь, уже сокращаю расстояние, веки опускаются — когда раздаётся лёгкий стук в окно. Я выглядываю и вижу Лоренцо, он ждёт и многозначительно постукивает по часам.

— Мне плевать на расписание, поцелуй меня, — настаивает Майкл.

— Ну а мне не всё равно. — Я сажусь прямо и открываю дверь. — Я хочу произвести хорошее первое впечатление.

— И ты произведёшь. Любой, кто будет думать иначе — или неправильно на тебя посмотрит — лишится глаз. — Голос моего мужа становится свирепым.

— Майкл! — Я наполовину смеюсь, глядя на него в неверии, ожидая увидеть юмор в его глазах, но мой смех замирает, когда я понимаю — святые угодники — он не шутит. — Милый, ты не можешь просто выкалывать глаза моим сотрудникам, как бы они на меня ни смотрели.

— Посмотрим. — Его ответ бесяче уклончив, хотя уголки его губ слегка подёргиваются. Я закатываю глаза и тянусь к ручке двери, но его рука останавливает меня. — Ты не будешь открывать свою дверь сама. Подожди.

Он выходит со своей стороны, и я на мгновение любуюсь тем, как его высокая, стройная фигура движется, обходя капот машины. Чёрт. Этот мужчина выглядит абсолютно сногсшибательно.

— Какой джентльмен, — тихо говорю я, когда он помогает мне выйти. — Спасибо.

— Всегда. — Он подмигивает, положив собственническую руку мне на поясницу.

Его люди образуют защитное построение позади нас, и когда мы приближаемся к входу в больницу, все следы игривости исчезают с лица Майкла, его глаза остро, по-ястребиному сканируют периметр.

Внутри Пит Лэнгхорн, директор больницы, уже ждёт нас в холле. Один. Я тихо выдыхаю с облегчением. Я ожидала сегодня полного представления персоналу и боролась с нервами всё утро.

— Мистер и миссис Харт, добро пожаловать в Loretto Hospital. — Улыбка Пита начинается натянутой, затем внезапно расплывается неестественно широко. Боковой взгляд подтверждает мои подозрения: Майкл пронзает бедного мужчину своим взглядом.

О, чёрт возьми.

— Мы очень рады быть здесь. У вас очаровательное здание. — Я делаю шаг вперёд, намеренно отвлекая его внимание от моего пугающего мужа на себя.

Его плечи слегка расслабляются. — Я знаю, оно не в лучшем состоянии, но это наша больница. Надеюсь, вам понравится.

— О, мне нравится, — искренне заверяю я его.

Майкл не теряет времени. После пары любезностей он приказывает мужчине провести нам полную экскурсию.

Как только Пит поворачивается к нам спиной, я слегка щипаю Майкла за руку. — Перестань быть с ним грубым, — шепчу я.

Он с искренним удивлением смотрит на меня. — Я не грублю. Так я общаюсь с людьми.

Теперь настала моя очередь удивляться. — Серьёзно?

Он кивает, совершенно невозмутимый.

Я хмурюсь, перебирая память. Был ли он когда-нибудь таким со мной?

...Если и был, я сейчас не помню. Но осознание того, что я вижу другого Майкла, чем остальной мир, вызывает во мне тайный трепет.

Экскурсия начинается, и Питу не требуется много времени, чтобы понять, что я более доброжелательная. Он обращает большую часть своих объяснений ко мне, время от времени поглядывая на меня в поисках одобрения. Я соответственно киваю, давая ему подходящие ответы, пока мы проходим все четыре этажа.

Каждый из этажей разделён на два отдельных отделения.

На первом этаже находятся отделение неотложной помощи (справа) и центр педиатрии (слева).

На втором этаже — общая терапия с одной стороны и фармацевтический отдел с другой.

Третий этаж разделён между акушерством/гинекологией и родильным отделением.

Четвёртый этаж зарезервирован для отделения интенсивной терапии и онкологического отделения.

Верхний этаж служит административным уровнем, где расположены офисы немедицинского персонала, включая кабинет директора.

Как только мы добираемся до кабинета Пита, он как бы топчется позади нас, когда мы входим. — Что вы думаете, мэм?

Я поворачиваюсь к нему с тёплой улыбкой. — Я думаю, всё замечательно. Я не могу дождаться, когда начну здесь работать. И, пожалуйста, называйте меня Джиа. — Было бы странно, если бы медицинский директор обращался ко мне официально, когда он технически будет моим начальником.

Прежде чем он успевает ответить, Майкл отмахивается от него. — Оставь нас, Питер»