Жена Максимо встаёт, и моя обнимает её крепко — слишком крепко. Как будто она благодарна за что-то. Они ещё некоторое время разговаривают, снова обнимаются, затем покидают комнату вместе. Я просматриваю запись, как Джианна провожает Элиру к входной двери, затем быстро бежит обратно в дом.

Наверх. В свою спальню.

Мои глаза сужаются в щёлочки, когда я смотрю, как она с усилием поднимает матрас и прячет таблетки под ним.

Я уже на ногах, прежде чем матрас опускается обратно на кровать, ярость толкает меня в спальню Джианны, чтобы узнать, что именно она от меня скрывает.

Я с такой силой распахиваю дверь, что она ударяется о стену. Я на мгновение морщусь, но не останавливаюсь, чтобы подумать, разбудило ли это Джианну или нет.

Пусть просыпается. Пусть попытается объясниться.

Я направляюсь прямо к матрасу и одной рукой поднимаю его, обнаруживая блистерную упаковку именно там, где она её спрятала. Я хватаю её, мои губы кривятся в злобном оскале, когда я с растущим неверием читаю этикетку.

Противозачаточные таблетки.

Какого чёрта Элира даёт их моей жене? И что ещё важнее — какого чёрта она их принимает? Особенно когда она так охотно согласилась со мной раньше, когда было так очевидно, как сильно она хотела меня внутри себя, как сильно она хотела моего ребёнка?

Нет.

Нет.

Она не будет их принимать. Мысль приходит с абсолютной уверенностью, моя ярость слегка остывает. Она не может хотеть этого.

Вероятно, она приняла ту одну таблетку раньше, чтобы успокоить Элиру. Я киваю сам себе. Да, так и есть. Это всё объясняет. Я мало знаю об отношениях Максимо с женой, но я точно знаю, что они пока не готовы к детям. Неужели Элира пыталась навязать моей жене свой выбор? Убедила ли она её, что материнство не в её интересах?

Как будто у неё есть право вмешиваться в наш брак, в наше будущее.

На мгновение желание ворваться обратно в спальню и устроить допрос Джианне становится непреодолимым — разбудить её и потребовать ответов, заставить её выбирать между советом подруги и моими желаниями. Но я борюсь с этим порывом. Мы только что помирились; я не собираюсь мутить воду из-за того, что могу исправить тихо сам.

И кроме того, после сегодняшней ночи она, вероятно, уже беременна.

Будет опасно для нашего будущего ребёнка, если я оставлю эти таблетки здесь.

Я прячу блистерную упаковку в карман и возвращаю матрас на место, разглаживая постельное бельё, чтобы скрыть любые следы моего обнаружения. Я знаю в глубине души, что Джианна хочет нашего ребёнка так же сильно, как и я, но на случай, если у неё возникнет момент сомнения...

Я устраню искушение полностью.

Достав телефон, я звоню фармацевту, который у меня на службе. — Привет, — говорю я, как только он поднимает трубку. — У меня есть лекарство, которое мне нужно заменить, — я объясняю, что хочу, и он заверяет меня, что всё будет готово через два часа.

Хорошо.

Не теряя времени, я выдавливаю каждую последнюю таблетку из блистера и смываю их в унитаз, наблюдая с мрачным удовлетворением, как они кружатся и исчезают в сливе.

Затем, с пустой упаковкой в руке и лёгкостью в шагах, я отправляюсь к нему.

Глава 27

Джианна

Первое, что я делаю, когда просыпаюсь в пустой кровати Майкла, — бегу в свою комнату и проверяю таблетки. Мои плечи, затянутые узлом напряжения, наконец расслабляются, когда я вижу, что они лежат там же, где я их оставила. Я хватаю их дрожащими пальцами.

Мне полагается принимать только одну в день, но после вчерашнего незащищённого секса — без ожидания рекомендованных сорока восьми часов — я глотаю две, отчаянно желая, чтобы лекарство быстрее попало в мою систему и стерло мою безрассудность.

Скрестим пальцы. Чёрт, скрестим и пальцы ног.

Серьёзно, вселенная, если ты когда-нибудь планировала мне помочь, сейчас самое время.

Подавив нервы, я направляюсь вниз, уже зная, что Майкл будет ждать меня. Он сделал своей личной миссией завтракать со мной каждое утро с тех пор, как я здесь — жест, который кажется одновременно собственническим и странно внимательным. И действительно, он уже сидит на своём обычном месте за обеденным столом, когда я вхожу.

Жар заливает мои щёки, как только я вижу его, и я понимаю, что не могу встретиться с ним взглядом.

Боже. Как я могу смотреть на него, когда все мои мысли только о том, как он мастерски играл с моим телом прошлой ночью? И я не могу поверить, что просто уснула сразу после, как какой-то уставший котёнок. Позор.

Потерявшись в своём смущении, я почти пропускаю момент, когда он встаёт. Я хмурюсь, когда он подходит и садится на стул прямо рядом со мной. — Ч-что ты делаешь?

— Ты была слишком далеко, — отвечает он, его синие глаза игриво поблёскивают, скользя по мне. Затем его взгляд падает на мою шею и темнеет от недвусмысленного мужского удовлетворения.

О.

Я борюсь с непреодолимым желанием прикрыть рукой засос, который он так бесстыдно на мне оставил.