Она просто подмигивает и подталкивает меня к ванной. — Иди.

Я подчиняюсь её мягким уговорам и закрываю за собой дверь.

Хотя я отпустила свои страхи — по большей части, — я всё равно задерживаюсь в ванне, растягивая последние мгновения жизни Джианны Кабельо. Но в то же время мне не терпится покончить с этим. Чем быстрее мы пройдём церемонию, тем скорее я смогу поговорить с Майклом о том, что будет дальше. Когда я смогу начать осуществлять свои мечты? Чего он от меня ожидает? Что я ожидаю от него?

Я понятия не имею, как пройдёт церемония, но надеюсь, что она будет короткой и по существу. В конце концов, это не сказочный роман. Я точно знаю, что с моей стороны не будет никого из гостей. А что насчёт стороны Майкла?

Миссис Монти намекнула, что у него было тяжёлое детство. Означает ли это, что он не близок с родителями? Теперь, когда я думаю об этом, я действительно ничего не знаю о моём будущем муже. Мне нужно это исправить. Позже.

Когда я наконец сливаю воду из ванны и выхожу, я оборачиваюсь полотенцем и возвращаюсь в спальню. Миссис Монти ждёт меня, держа мягкий халат.

Когда я забираюсь в него, она указывает на накрытый поднос на столике. — Я принесла тебе завтрак.

Мой желудок бесстыдно урчит, и я прикрываю его ладонью, немного смущаясь, но домоправительница просто улыбается и машет мне в сторону еды. — Поешь. Невесте полагается быть сытой перед одним из самых важных решений в её жизни.

Её слова задевают что-то в моей груди, но она просто отворачивается, хлопоча над чем-то на комоде, давая мне пространство.

Устроившись на краю кровати, я ставлю поднос на колени. Полная тарелка бекона, яиц, сосисок и блинов смотрит на меня. И пахнут они божественно.

— Миссис Монти, это⁠...

— Не слишком много, — перебивает она. — И, пожалуйста, дитя, называй меня Грейси. «Миссис Монти» заставляет меня чувствовать себя древней.

Я слегка улыбаюсь, принимаясь за еду. Можно было бы подумать, что такой судьбоносный день убьёт мой аппетит. Но, видимо, мой желудок не получил сообщение.

Когда я заканчиваю есть, она манит меня к стулу перед комодом. — Я не знаю, как вы, молодёжь, любите делать макияж в наши дни, но я могу уложить тебе волосы. Я всегда хотела дочь, но Господь призвал моего мужа домой, не благословив нас детьми.

Я не знаю, что на это ответить, да она, кажется, и не ждёт ответа. Поэтому я просто молча сажусь на предложенный стул.

Она вынимает мои волосы из пучка, и когда пряди падают ниже талии, она довольно напевает. — У тебя такие красивые волосы. И здоровые.

— Спасибо, — тихо говорю я.

Мы замолкаем, пока она работает, жужжание плойки — единственный звук в комнате. Я стараюсь не думать о том, что будет после. Бесполезно паниковать, когда это всё равно произойдёт.

Минуты проходят быстро, и она почти заканчивает обрабатывать последнюю прядь, когда в дверь коротко стучат.

— Не входить! — сразу же кричит миссис Монти. Она кладёт плойку и подходит к двери, приоткрывая её ровно настолько, чтобы я не видела, что снаружи. Глубокий голос Майкла что-то говорит ей, но я не разбираю слов.

Они обмениваются несколькими короткими фразами, прежде чем она приветствует кого-то нового. Затем отступает от двери, пропуская женщину внутрь.

Я напрягаюсь.

Она примерно моего возраста — возможно, даже чуть моложе. Её огненно-рыжие волосы собраны в хвост, хотя крошечные локоны обрамляют острый подбородок. Милые веснушки усыпают нос и щёки, а у неё самые красивые ореховые глаза, которые я когда-либо видела. Она потрясающая.

Укол беспокойства пронзает меня, когда я смотрю на закрытую дверь, где всё ещё стоит миссис Монти. Кто она, чёрт возьми? Откуда Майкл её знает? И что она здесь делает?

Мой взгляд возвращается к женщине, которая осматривает комнату, будто впитывая каждую деталь. Затем её глаза останавливаются на мне, и наши взгляды пересекаются. Она одаривает меня ослепительной улыбкой, от которой её глаза начинают сиять, и зелень становится заметнее. Это искренняя улыбка.

Я не улыбаюсь в ответ. Я просто хмурюсь, внимательно наблюдая за ней. Чего она хочет? Знает ли она правду? Что мы с Майклом не на самом деле вместе? Что эта свадьба происходит по причинам, не имеющим ничего общего с любовью? Это единственная причина, по которой она не видит во мне угрозу, верно? Давление в груди нарастает, живот неприятно сжимается.

Я хочу, чтобы она ушла.

Словно читая мои мысли, её улыбка медленно угасает. Но её взгляд остаётся прикованным ко мне. Её глаза скользят по моему лицу, эмоции мелькают в них, как открытая книга. Тревога. Гнев. Беспокойство. Она такая... бесхитростная.

Но затем я понимаю — она заметила синяки. Вот почему она так на меня смотрит. Жар ползёт по моей шее, но я заставляю себя оставаться неподвижной. Мои руки сжимаются в кулаки на коленях, чтобы я не теребила волосы, которые миссис Монти только что укладывала несколько минут.