Она немного хмурится. — Ну, вы собираетесь пожениться, не так ли? Поэтому я предположила, что вы будете жить здесь, так как это основная резиденция Майкла, и⁠...

— Мы что собираемся сделать?

Её хмурость углубляется. — Я ослышалась? Должна признаться, это стало для меня сюрпризом. Видите ли, я никогда не думала, что этот мальчик достаточно раскроется, чтобы вступить в серьёзные отношения, но он сказал, что привезет домой свою невесту.

Целая куча ругательств застревает у меня в горле, и я яростно проглатываю их.

— Я ошиблась?

Я медленно качаю головой, не зная, как ответить на этот вопрос. — Просто... удивительно, что он сказал вам. — Так как я сама не знала об этом — то, что он назвал меня своей будущей невестой перед дядей, не считается.

Миссис Монти снова улыбается. — Обычно он не делится со мной личной информацией, но это важная новость.

Действительно важная.

Я убью этого придурка, когда увижу его. Потому что я ни за что на свете не выйду замуж за Майкла Харта.

Глава 18

Майкл

Я прижимаю палец к голове ублюдка, и он безвольно падает набок. Он мёртв.

Чёрт. Я был слишком зол — слишком сильно набросился на него. Я хотел растянуть удовольствие, заставить его почувствовать каждую секунду своего жалкого конца. Но я позволил гневу взять верх. Теперь эта возможность упущена.

Лоренцо протягивает мне салфетку, и я вытираю руки как могу. Придётся довольствоваться этим, пока я не смогу принять нормальный душ.

— Что нам делать с телом? — спрашивает он.

— Отрубите голову, — говорю я, отбрасывая использованную салфетку. — Заверните голову для меня, а остальное тело отправьте Альдо.

Лоренцо качает головой, будто я сумасшедший. Я прищуриваюсь, и он быстро поднимает руки.

— Можно узнать, что ты хочешь сделать с его головой?

— Нет, нельзя. — Я прохожу мимо него, оставляя комнату для допросов и свой приказ в его руках. Вверх по лестнице, через сарай и наружу, под лучами позднего полуденного солнца — резкий свет бьёт мне прямо в лицо, на мгновение ослепляя. Я пробыл там дольше, чем думал.

Я проскальзываю через чёрный вход в главный дом, избегая основных помещений. Я не знаю, где Джианна, и я, чёрт возьми, не хочу рисковать столкнуться с ней, перепачканным кровью её кузена. Не то чтобы она переживала о его смерти — она ненавидит его. Но всё же я бы предпочёл не совать ей это в лицо сейчас.

Поднимаясь по задней лестнице, перешагивая через две ступеньки, я направляюсь в левое крыло, предназначенное в основном для гостей — но её там не будет. Я позаботился об этом. Она должна быть в правом крыле, моём крыле, где ей и место.

Грейси лучше последовать моим инструкциям.

Я захожу в одну из нескольких гостевых спален и отправляю быстренько сообщение одному из своих людей, чтобы принесли свежую одежду, прежде чем раздеться и войти в душ. Ожидание наполняет меня, когда я намыливаю тело, запрокидывая голову, чтобы вода могла окатить лицо.

Она здесь.

В моём доме.

Где никто и никогда не посмеет забрать её у меня.

И совсем скоро она станет моей без остатка — и перед законом, и в жизни.

Мой член твердеет от этой мысли, и я провожу рукой по длине до пирсинга на головке, резко дёргая его, чтобы держать себя в руках.

Сейчас нет времени на то, чтобы быстро кончить. Мне нужно сначала поговорить с ней. Увидеть её лицо и её реакцию на моё предложение.

Я выключаю воду и хватаю полотенце, быстро вытираясь. Когда я выхожу в спальню, на кровати меня уже ждёт свежая одежда, поэтому я отбрасываю полотенце и одеваюсь.

Поворачивая голову, чтобы снять остаточное напряжение, я выхожу из гостевой спальни и направляюсь в правое крыло. На этот раз я надеюсь — ожидаю — встретить свою маленькую птичку, но не встречаю, и мне приходится подавлять разочарование, когда я захожу в свой кабинет. Скоро.

Я опускаюсь в кресло и включаю компьютер, пальцы барабанят по столу, пока я открываю видеонаблюдение. Если я не могу увидеть её лично, я соглашусь на наблюдение.

Улыбка расползается на моих губах, когда я нахожу её — в моей спальне.

Она ходит туда-сюда, практически протирая дыру в полу, губы шевелятся, а руки агрессивно размахивают. Я откидываюсь на спинку кресла, забавляясь.

Должно быть, Грейси уже кое-что ей сказала, отсюда и чистое разочарование, исходящее от неё.

Я даю ей кипеть. Ходить. Раздражаться.

Но вскоре простого наблюдения становится недостаточно. Мне нужно почувствовать её сладкий запах, услышать её звонкий голос, увидеть огонь в её золотистых глазах.

Одним нажатием на компьютере я выключаю все экраны, и встаю с кресла. Затем, поправив пиджак, направляюсь к ней.

Как только я открываю дверь своей спальни, она бросается ко мне, глаза горят яростью. — Какого чёрта, Майкл? Почему я здесь?

Её гнев накатывает волнами, но когда я вблизи вижу её избитое лицо, мой энтузиазм угасает, и вся радость, которую я чувствовал секунды назад, полностью гаснет.

И вот так мой гнев снова разгорается, как лесной пожар.