- Но что не подлежит сомнению, так это его причудливая способность к квантово-механическому восприятию. Он представляет огромные возможности.

Тафт скрестил руки на груди и уставился в световой колодец. - Предположим, я откажусь сотрудничать?

- Честно говоря, у меня достаточно полномочий, чтобы принудить вас, - тихо сказал Грин. - Официально это зона военных действий.

- Я буду действовать через вашу голову.

- Я мог бы вас арестовать. Реквизировать ваш персонал. Доктор, у вас нет особого выбора.

Медленно Тафт кивнул. - Вы правы, коммандер. У меня нет выбора. Пока что. - И он бросил еще один свирепый металлический взгляд на Пола.

- Я рад, что мы согласны, - сухо сказал Грин. - Итак, полагаю, у вас есть план, как взять Пола на край. Это кажется хорошей идеей.

Тафт неохотно кивнул. - И при необходимости мы могли бы подняться на Угловую гору.

- Мы? - подозрительно спросил Грин.

Тафт указал на строительную площадку в нескольких ярдах от них. Четверо рабочих собрались вокруг машины, которая разбила сопло о неподатливый кусок скалы. - Вы можете видеть, насколько мы заняты, - сказал Тафт. - Я не собираюсь жертвовать своим расписанием ради этого предприятия. Я сам буду сопровождать мальчика.

Четверо рабочих тихо пели, вытаскивая сломанный патрубок. Пол напрягся, чтобы расслышать их слова, пораженный необъяснимым чувством значимости.

Грин осторожно сказал: - Конечно, я провожу вас обоих.

- Как пожелаете.

- Ну что, приступим?

Слова песни рабочих разносились в холодном воздухе: - Мы здесь, потому что мы здесь, потому что мы здесь, потому что мы здесь...

Пол стоял как вкопанный. Слова эхом отдавались у него в голове.

Грин коснулся его руки. - Пол? Ты в порядке?

Пол с трудом повернулся. Морщинистое лицо Грина обнадеживало. - Эта песня, - сказал Пол. - Что это значит?

Грин послушал несколько секунд, затем усмехнулся. - Пол, солдаты и моряки поют это веками. Всякий раз, когда их заставляют делать что-то, что им особенно не нравится. Мелодия называется "Доброе старое время". Считается, что она происходит еще до оккупации кваксов... - Он вгляделся в лицо Пола. - Ты слышал это раньше?

- Я... не знаю. Возможно.

Грин грустно улыбнулся. - Да ладно. Давай догоним Тафта, пока он не сбросил нас с Глыбы. Тафт проводил их к машине на окраине города.

Воздух здесь казался холоднее и разреженнее. Необработанный метеоритный материал, обожженный и раздробленный, хрустел под ногами Пола. На горизонте виднелась обнаженная грань Рафинадной Глыбы, неподвижная и плоская, как море света - море, которое простиралось на тысячи миль, пока не перехлестывало через край, словно через какой-то огромный водопад фотонов.

Двойные тросы проходили по обломкам и выходили на поверхность. - Мы проложили тросы по всем граням Глыбы и по краям, - сказал Тафт с ироничной улыбкой. - Мы завернули эту огромную тайну, как посылку на день рождения, а, Пол? - Он открыл машину. Это был цилиндр длиной около сорока футов, который цеплялся за свои тросы, как стекловидное насекомое. Большая часть корпуса была прозрачной, и в нем находились пять подвешенных на сложных подвесах больших сидений в два ряда. Тафт помог Полу устроиться; ремни были перекинуты через его плечи и вокруг талии, придавая ему дополнительное чувство безопасности.

Тафт занял место в передней части машины, перед приборной панелью, центром которой был маленький джойстик. Тафт толкнул ручку вперед, и машина, вздрогнув, начала подтягиваться вперед по тросам.

Они выбрались из городского атмосферного купола. Глубокая синева неба поблекла, обнажив твердые звезды. Корабли-сплайны проплывали мимо звезд, острых как алмаз.

Темный метеоритный материал становился все более редким, и вскоре они плавно плыли над сияющим океаном. Случайные тени, слабые и шириной в мили, простирались от горизонта до горизонта.

Тафт сделал корпус непрозрачным, превратив машину в уютный пузырь нормальности. Пол вцепился в ремни и погрузился в беспокойный сон. Свет вернулся потоком. Пол резко проснулся... и закричал.

Его кресло повернулось назад на шарнирах. Нос машины приподнялся по меньшей мере на десять градусов. Снаружи Рафинадная Глыба тоже накренилась. Он падал навзничь...

Грин стоял перед ним. - Пол. Остановись. Ты в полной безопасности...

У него перехватило горло; он судорожно глотал воздух. - Что происходит?

Он услышал смех Тафта. - Я сказал чертову мальчишке, чего ожидать в этой поездке.

- Тогда скажите ему еще раз, - огрызнулся Грин. Он повернулся и, цепляясь за поручни, направился к небольшому камбузу машины.

Тафт удобно откинулся в водительском кресле. Он ел маленький персик; кусочки оранжевой мякоти прилипли к его бороде. - Я и не подозревал, что твоя память продолжает подводить тебя, таинственный мальчик...

- Пропустите это, Тафт, - небрежно сказал Грин.