Только тогда его клыки втянулись, словно клинки, которые убрали в ножны. Ярость и жажда насилия, которые, казалось, полностью завладели им, теперь схлынули. Его плечи опустились. Я глубоко вдохнула, впервые осознав, что дрожу с головы до ног.

Блейк выдохнул, оглядывая мою подругу с головы до ног. Его взгляд вдруг стал мягким, беззащитным.

— Ты ранена?

Медра покачала головой, но я всё ещё видела красные следы у неё на шее там, где Лохлан душил её. Она смущённо коснулась рукой своей шеи, и рот Блейка ожесточился. Где-то рядом послышался тихий всхлип, и я поняла, что Иша всё ещё здесь. Она сидела на корточках на полу рядом с телом Лохлана. Она смотрела на Блейка широко раскрытыми глазами, а по её щекам текли слёзы.

Я не винила её за страх. Блейк не обращал на неё внимания, его взгляд был полностью прикован к Медре. Я сглотнула, невольно задаваясь вопросом, каково это — когда кто-то смотрит на тебя вот так. Словно ты — весь его мир. Словно весь мир и все, кто в нём есть, стоят того, чтобы уничтожить их ради тебя. Потом я увидела искажённое лицо Медры, и все мои мысли о том, что поступок Блейка был романтичным, мгновенно исчезли.

— Думаю, этого уже более чем достаточно, — объявил за моей спиной холодный, отрывистый женский голос.

Толпа расступилась, студенты поспешно попятились. Профессор Амина Хассан вышла вперёд, постукивая тростью по каменному полу. Она с неприязнью взглянула мимо меня на неподвижное тело Лохлана, но в остальном уделила ему не больше внимания, чем мёртвой птице, разбившейся об оконное стекло.

— Профессор Стоунфист сегодня не придёт, — объявила преподавательница. — Меня назначили её заменить, но теперь я вижу, что моё время будет лучше потрачено в другом месте. Поэтому занятие отменяется. Всем студентам покинуть коридоры.

Никто не сдвинулся с места. Мы все застыли, не в силах отвести взгляд от неподвижного тела Лохлана.

В коридорах Академии Кровавого Крыла и раньше были смерти. Сквернорождённые погибали. Навин не пережил первый курс. Но это... Всё это ощущалось иначе. Всего несколько дней назад я нашла в коридоре тела двух студентов. Теперь Блейк убил ещё одного, пытаясь защитить Медру. Всё менялось. Всё казалось неправильным.

— Похоже, у вас проблемы со слухом, — резко сказала профессор Хассан, повысив голос. — Студенты должны покинуть коридоры. Немедленно.

Медленно толпа студентов начала расходиться. Я тоже повернулась, чтобы уйти вместе со всеми, поправляя на плече сумку с книгами. Я собиралась позаниматься дополнительно в оранжерее. Всё утро я думала о своём эссе для профессора Алленвейл и хотела, чтобы оно получилось идеальным. И вдруг я задумалась, откуда Никсарис вообще знал, что я направляюсь туда. Мы не разговаривали уже несколько дней. По крайней мере, сознательно. Насколько многое он мог видеть обо мне и моей жизни? Неужели мы действительно не могли полностью закрыться друг от друга, даже если бы захотели? Судя по тем впечатлениям, которые я постоянно получала от него, ответ был совершенно очевиден: нет.

Прежде чем я успела сделать ещё один шаг, чья-то рука схватила меня за предплечье. Ногти впились в кожу, заставляя меня остановиться.

— О нет, нет. Только не вы, мисс Шен. — В выражении лица Хассан почти читалось злорадство. — Вы никуда не пойдёте. Вы и мисс Пендрагон обе пойдёте со мной.

Я беспомощно посмотрела на Медру.

— Позаботься о Дани, — быстро сказала Медра Блейку.

Он кивнул и направился к девушке-дворфу, всё ещё съёживавшейся у стены. Она выглядела растерянной и ошеломлённой. Но когда Блейк подошёл, она не отшатнулась.

Медра встала рядом со мной, и мы последовали за Хассан по коридору. Как бы я ни старалась не оглядываться, ничего не вышло. Тело Лохлана всё ещё лежало там, но Иша исчезла. Блейк сидел на корточках рядом с Дани. Его лицо было спокойным, пока он помогал ей подняться на ноги. Перемена между тем, что он сделал всего несколько минут назад, и тем, что делал сейчас, казалась невероятной. Я коснулась рукой воротника, нащупывая серебряный кулон, висевший у меня на шее: маленький серебряный флаффин, сидящий на стопке книг. Блейк подарил его мне всего несколько недель назад. До... ну, до того, как всё изменилось.

Впервые я задумалась, не изменилось ли всё для всех. Не только для меня одной. Я была так поглощена собой, своими заботами и тревогами. Я была эгоисткой. Я виновато покосилась на Медру, но её взгляд был прикован к спине Хассан.

— Куда вы нас ведёте? — потребовала моя подруга, когда мы свернули за угол.

Профессор даже не удосужилась ответить. Но уже через несколько минут стало ясно, куда мы идём: в кабинет директора.

Слишком поздно я поняла, что профессор Хассан уже довольно давно находилась в коридоре и наблюдала за происходящим. Она видела, как Лохлан душил Медру, но не вмешалась. Она видела, как появился Блейк, и всё равно ничего не сделала.

Она слышала, как я говорила о Никсарисе, с холодком поняла я. Она знала. И через несколько минут узнает и Реган. А если узнает Реган, скоро узнает и Виктор.