— Отпусти её! — закричала я.

Медра попыталась просунуть руку между тисками его руки и своим горлом. Я видела, как она хватала ртом воздух, задыхаясь, и совершенно ничего не могла сделать. Я всё только испортила. Сделала только хуже. Гораздо хуже.

Лохлан ухмыльнулся мне и сжал ещё сильнее. Мышцы его предплечья вздулись, вдавливаясь в дыхательное горло Медры. Никогда ещё я никого так не ненавидела.

Иша наклонилась ближе, и её глаза торжествовали.

— Флоренс, верно? Ты из Дома Авари, да? Скажи нам то, что собиралась сказать, Флоренс, иначе Лохлан причинит боль твоей подруге. — Она взглянула на парня и кивнула. — Скажи нам, или он прикончит её прямо здесь и сейчас.

Глаза Медры были устремлены на меня. Я чувствовала её безмолвную мольбу. Я знала, что она не хочет причинять парню боль, но он причинял боль ей.

Если я промолчу, она может умереть. Медра спасла мне жизнь. Я не позволю этому случиться. Казалось, хватка Лохлана стала ещё крепче.

— Нет! — закричала я. — Прекрати! Никсарис мой. Он...

Слова сорвались с моих губ в тот самый миг, когда Медра взорвалась.

Другого слова для этого не существовало. Будто что-то копилось в ней, а потом вдруг оборвалось. С диким звериным рычанием она резко развернула корпус, подняла локоть и со всей силы врезала им Лохлану по рёбрам. Я отчётливо услышала треск костей и ахнула. Лохлан пошатнулся назад, и его хватка ослабла.

Но Медра ещё не закончила. Она отвела голову так далеко назад, как только могла, а затем резко ударила ею назад, с чудовищной силой разбив ему нос. Брызнула кровь. Лохлан взвыл, и его хватка дрогнула.

И тут моя подруга начала двигаться быстрее, чем я когда-либо видела. Она выскользнула из его захвата, снова опустилась на пол, на ходу схватила Лохлана за запястье, выкрутила его, вложив в движение весь свой вес, и швырнула его на пол. Медра, пошатываясь, отступила назад, кашляя и жадно хватая ртом воздух, словно последствия того, что сделал с ней Лохлан, наконец настигли её. Но парень на полу ещё не сдался. Он поднялся, и в его глазах вспыхнуло насилие. Его рот исказился в свирепой гримасе, когда он рванул нож из-за пояса.

Медра тяжело дышала, но отступила назад. Я видела, что она не хочет причинять ему боль. Она просто хотела, чтобы он остановился. Но он не собирался останавливаться.

Это должно было плохо кончиться.

—Скажи мне, где ты. Ты не в оранжерее. — Голос Никсариса звучал настойчиво.

Иша вдруг двинулась к Лохлану, сжав кулаки и оскалив зубы.

Не было времени что-либо сделать. Даже крикнуть. Всё произошло одновременно. Тень прорвалась сквозь толпу. Размытое пятно красного и чёрного.

Блейк.

Я даже не заметила, как он появился. Ещё секунду назад Лохлан стоял с занесённым кинжалом, а Иша бросалась к Медре со спины, а в следующее мгновение... в следующее мгновение Лохлан снова отлетел назад, и раздался ещё один отвратительный хруст костей. Его голова вывернулась под чудовищным углом. Под углом, при котором невозможно выжить. Его тело рухнуло на пол. Больше он не двигался.

Рыдание подступило к моему горлу, но так и не сорвалось с губ. Иша пронзительно вскрикнула и потянулась к кинжалу Лохлана, но Блейк оказался быстрее. Он бросился вперёд, обнажив клыки. В одно мгновение он оказался рядом с Ишей, схватил её за запястье и выкрутил нож из её руки. Тот с лязгом упал на пол, а она вскрикнула от боли, отшатнулась и тяжело рухнула на колени, съёжившись под ним. Глава Дома Дракхарроу возвышался над ней, и его рот всё ещё был искажён свирепым оскалом.

Я закрыла глаза. Я ни на мгновение не сомневалась, что сейчас он прикончит её своими клыками.

— Блейк! Остановись! — голос Медры прорезал воздух.

Я приоткрыла глаза. Блейк тяжело дышал, всё ещё нависая над Ишей, обнажив клыки, и всё его тело вибрировало от напряжения. Он был хищником, готовым убить. Его грудь тяжело вздымалась от усилий сдерживать себя. Я задержала дыхание. Вокруг меня никто не осмеливался пошевелиться.

— Блейк, прекрати, — приказала Медра, единственная, кто осмелился заговорить с этим ужасающим мужчиной.

Высококровный медленно выпрямился, поворачивая голову к Медре. Его клыки всё ещё были обнажены.

И тогда я это увидела. Его глаз — тот единственный здоровый глаз, который должен был быть серым, — был красным.

Взгляд Блейка дрогнул, и внезапно его глаз снова стал серым. Высококровный окинул взглядом толпу сквернорождённых студентов, теперь совершенно неподвижных и молчаливых. Многие отступали назад, их лица побледнели от ужаса.

Он зарычал.

— Никто, — прорычал он, и его голос эхом разнёсся по коридору, — не тронет её.

Медра не отвела взгляда. Она осторожно подошла к нему и положила ладонь ему на грудь.

— Блейк, — прошептала она. — Отступи. Всё кончено.