Я быстро посмотрела на свою руку, затем сжала ладонь. След, оставшийся там, где Кейдж порезал меня, почти исчез, но я всё ещё его чувствовала. Помнила, как его кровь смешалась с моей, проникая в моё тело. Её жар. Её силу. Мне никогда не следовало давать ту клятву. Нужно было сразу пойти к Виктору. То, что я узнала, могло полностью изменить расстановку сил между двумя Домами. Но именно в этом всё и заключалось, не так ли? У Виктора и без того было достаточно власти.

Я представила волка с разорванным горлом, истекающего кровью на снегу.Нет . Я сделала свой выбор. Во всём остальном я выполняла всё, чего Виктор от меня требовал. Чего ещё он вообще мог хотеть?

«Всего» , — тихо ответил голос у меня в голове.

В комнате стояла тишина. Я облизнула губы, ощущая напряжение. Хорошо. Пусть злятся. Страх и злость будут держать их всех в узде. На мне это определённо работало.

— Заседание окончено, — резко сказала я, отворачиваясь от ужаса на их лицах прежде, чем успела бы увидеть в них отражение собственного страха.

В коридоре за дверями зала заседаний меня ждали четверо членов моей Кровавой Стражи: все в превосходной физической форме, все выпускники академии, все с приколотыми к форме эмблемами с кровью и мечом, обозначавшими их как преданных исполнителей моего нового режима. Когда я зашагала по коридору, они заняли места по обе стороны от меня. Эмблемы Кровавой Стражи поблёскивали, их шаги гулко отдавались по каменному полу рядом с цоканьем моих туфель на высоких острых каблуках.

Я держала подбородок высоко, шагала быстро, но ровно. Я должна была чувствовать себя могущественной. Вместо этого меня мутило. Словно что-то внутри меня медленно сгнивало.

Перед глазами снова вспыхнула обезглавленная голова Кима. Рот широко раскрыт. Опарыши ползают по его почерневшим губам. Вечное молчание.

Я отогнала этот образ, но на его место тут же пришёл другой. Тёмные, пронзительные глаза смотрели прямо в мои с яростью волка.

Я оттолкнула и его.

Мне нужно было управлять школой. Я делала это ради всеобщего блага, понимали они это или нет. Я подумала о Персисе, вдали от своей семьи, беспомощном и напуганном, и заставила себя собраться. Для сожалений не было места. Я была единственной надеждой моего брата вернуться домой.

Тихий скрежет когтей заставил меня посмотреть налево. Мои глаза расширились. Питомец Блейка. В прошлом году я видела, как крошечный флаффин важно вышагивал по башне Дракхарроу с таким видом, будто всё вокруг принадлежало ему. Совсем как Блейк, с горечью подумала я. Теперь флаффин сидел между двумя высокими колоннами. Он не тявкал и не убегал, а просто наблюдал за мной. Его большие золотистые глаза следили за каждым моим шагом. Я сглотнула. Казалось, никто больше не замечал, что он сидит там, и всё же я могла бы поклясться, что это существо смотрит прямо на меня, осуждая меня. Что оно видит меня насквозь, сквозь шёлк и показную уверенность, прямо до той гнили, что скрывалась внутри.

Я сбилась с шага, каблук задел каменный пол. С усилием оторвав взгляд, я снова посмотрела вперёд. Позади, как мне показалось, флаффин тихо, укоризненно чирикнул. Это существо было куда меньше и куда тише Родригеса. И всё же его молчаливое осуждение ещё долго звучало у меня в ушах, пока я уходила прочь.

Глава 13

Коридоры Академии Кровавого Крыла ещё совсем недавно начали казаться мне домом. Теперь же в них кипело что-то уродливое. От сквернорождённых студентов исходила злость, словно жар от раскалённой печи, и её легко было объяснить новыми порядками, которые недавно ввела наша госпожа директор. Крайне жёсткие меры Кровавой Стражи разом обрушились на всех студентов, но никто не понимал, как дать отпор, не столкнувшись с тяжелейшими последствиями.

Я стояла, прислонившись спиной к стене, перелистывая страницы своего эссе для занятия профессора Алленвейл по алхимии, пока ждала начала урока Продвинутой боевой подготовки. Нас перевели в более старую часть замка и разместили в спортивном зале, находившемся в плачевном состоянии. Я знала, что профессор Стоунфист была не в восторге от нового помещения, но при нас она старалась не жаловаться слишком громко.

Я решила, что мне либо привиделся, либо приснился красный глаз Блейка. Потому что, проснувшись следующим утром, он выглядел точно так же, как и накануне вечером, когда мы заснули: один глаз — совершенно здоровый, серый, другой всё ещё изуродованный, но медленно заживающий.

Коридор был полон студентов, выходивших с предыдущих занятий, большинство из них были одеты в синее и серебряное. Несколько высококровных неторопливо прошли мимо с таким видом, будто всё вокруг принадлежало им, как обычно. Большинство из нас делало вид, что не замечает их. Звук с противоположной стороны коридора привлёк моё внимание. Я посмотрела туда и, тихо выругавшись, увидела высококровного парня, склонившегося к знакомой девушке-дворфу. Дани послушно запрокинула голову, её тело было расслабленным и податливым, пока он вонзал клыки ей в шею, забирая её кровь. Блаженство на её лице было невозможно не заметить, и само по себе в этом не было бы ничего особенного, если бы она сумела промолчать. К сожалению, с её губ сорвался громкий, низкий стон удовольствия, заставивший многих обернуться.