Мои крылья с треском распахнулись, поймав поток воздуха. Спину пронзила боль, когда мышцы подстроились к новому движению. Меня качнуло вперёд, затем вверх, и крылья понесли меня всё выше. Я даже не осмеливался открыть глаз. Я просто… чувствовал это. Воздух, скользящий по моей чешуе. Силу каждого взмаха крыльев. Простор вокруг.

Свободу.

Медленно я приоткрыл глаз.

Я летел. Я, блядь, летел!

Подо мной простиралось море, сверкая под солнцем так ярко, что слепило глаза. Позади осталась Академия Кровавого Крыла. Я сильнее взмахнул крыльями. Инстинкт самосохранения взял своё. Я понимал, что должен как можно быстрее улететь подальше от школы и скрыться из виду. При таком ярком солнце, если кто-нибудь и заметит меня, скорее всего, решит, что это просто Никсарис. Ведь чёрная чешуя на солнце вполне могла казаться красной, верно?

Я поднял голову и заметил впереди скопление облаков. Я едва не вскрикнул от радости. Похоже, на Академию Кровавого Крыла надвигалась буря, и лучшего момента нельзя было придумать. Я полетел прямо к облакам. Инстинкт. Только он у меня и был. И, хвала всем богам, его оказалось достаточно. Я накренил крылья, входя в приближающийся грозовой фронт. Облака полностью поглотили меня. На мгновение я наконец смог спокойно дышать. Среди клубящихся серых и белых облаков было тихо. Мир исчез. Ничего, кроме тумана и приглушённого шума моих собственных крыльев, рассекающих влажный воздух.

Облака были такими густыми, что я не видел дальше нескольких шагов. Словно оказался внутри серого кокона. Идеальное укрытие. Я был в безопасности. У меня получилось. Я летел. Я останусь под прикрытием облаков до наступления темноты, а потом вернусь в Академию Кровавого Крыла. Если повезёт, зверь внутри меня к тому времени хорошенько выдохнется, и я смогу приземлиться и заставить себя принять человеческий облик.

Я изо всех сил старался не обращать внимания на ту часть себя, которая вопила, требуя крови. На этот раз не крови Пендрагон. Нет, у дракона, похоже, был отвратительный вкус. Сейчас он жаждал плоти. Мяса. Свежей добычи. Он хотел охотиться.

—Питайся, — прорычал голос у меня в голове, теперь, когда он наконец вырвался на свободу и полностью завладел моей плотью и костями. —Рви. Раздирай. Убивай.

Много месяцев этот шёпот звучал где-то на краю моего сознания, но теперь всё действительно вышло из-под контроля. Я слышал его. Слышал дракона внутри себя, который кричал.

—Убивай. Охоться. Питайся. Слабые. Добыча.

Но я не собирался поддаваться. Ни сейчас. Никогда.

Я чувствовал, как дракон тянет меня за собой. Только что инстинкт спас мне жизнь. Теперь же он пытался утянуть меня вниз. Обратно к земле, где, как знал дракон, его ждут тёплая плоть и кровь.

—Внизу добыча. Пролей их кровь. Рви и раздирай.

Голод был безумным, отчаянным, но вместе с тем радостным. Именно это пугало меня сильнее всего. Восторг при мысли об убийстве. Ничего подобного я прежде не испытывал. Я никогда не наслаждался насилием. Что бы я ни делал, я всегда делал это по необходимости. Или, в редких случаях, в гневе. Но это выходило далеко за пределы всего этого.

Я крепко зажмурил глаз, продолжая лететь, и заставил себя отвлечься. Попытался думать о чём угодно другом. О занятиях. О Више. О своём Доме. О Тео.

Я ухватился за мысли о Пендрагон. За её лицо. За веснушки на изгибе её бедра. За запах её волос. За звук её голоса, когда в последний раз она с придыханием произнесла моё имя, когда мы…

Движение.

Я почувствовал его.

Предупреждение вспыхнуло внутри меня за мгновение до того, как я это увидел. Вспышка тьмы прорезала туман справа. Я повернул голову, надеясь, что ошибся. Все мышцы моего тела напряглись. Что-то огромное двигалось среди облаков. Не гроза. Не тень.

Никсарис.

Голова старшего дракона показалась из облаков, когда он рассёк их, стараясь поравняться со мной. Сердце бешено заколотилось. Голос в моей голове, к счастью, умолк. Наверное, он был так же запуган Никсарисом, как и я.

Неужели это происходит на самом деле? Неужели я действительно лечу рядом с грёбаным драконом?

Я отбросил эту мысль. Всё в происходящем должно было быть невозможным. Но не было.

—Летаешь ты очень плохо.

Я дёрнулся, и от неожиданности мои крылья едва не сложились. Голос звучал у меня в голове. Но он отличался от звериного требования крови. Неужели именно это слышала Пендрагон?

—Кто ты? — Голос Никсариса был холоден.

Моя подготовка по Защите от рабства сработала мгновенно. Сознание захлопнулось, воздвигая мысленные щиты, которые я годами учился создавать.

—Почему ты скрываешься, чешуйчатый собрат? — прозвучал в моей голове голос Никсариса.

Собрат.

Хорошо. Он не имел ни малейшего представления, кто я на самом деле.

—Или ты разучился говорить? — Голос чёрного дракона стал жёстче. —Вораго? Это ты?

Он приблизился, скользя сквозь облака.