Он изящно приподнял бровь.

— Наверное? Поистине, твоему радушию и гостеприимству нет предела.

— О, прошу прощения, — саркастично сказала я. — Простите меня. Я совсем забыла, что на моём пороге стоит сам Чёрный Принц. — Я сделала широкий приглашающий жест. — Прошу, проходите, Лорд Дракхарроу.

Блейк сморщил нос.

— Пожалуйста. Лорд Дракхарроу — это мой дядя.

— К сожалению, да.

Он вошёл внутрь и наклонился ко мне.

— А вот Чёрный Принц вполне подойдёт.

Я фыркнула, внезапно вспомнив кое-что, что однажды сказала моя мать.

— Серьёзно? Ты хочешь, чтобы я тебя так называла?

— «Ты хочешь, чтобы я тебя так называла, Ваше Высочество?» — поправил он. — Увидев выражение моего лица, он улыбнулся ещё шире. — Что? Неужели ты не считаешь меня достаточно принцем, Пендрагон? Может, сегодня вечером мне стоило надеть побольше золота?

— На тебе его и так слишком много. — Слова сорвались с моих губ прежде, чем я успела их остановить.

Он рассмеялся, пока я заливалась краской.

— Вот оно что! Правда наконец-то вырвалась наружу. — Он присвистнул и медленно оглядел меня с головы до ног. — Я мог бы сказать то же самое о тебе. Правда, это была бы ложь.

Я смущённо опустила взгляд на чёрную шёлковую ночную сорочку, в которой легла спать. Она держалась на тонких бретелях, едва прикрывала ноги до середины бедра, а вырез спереди и сзади был довольно глубоким. Это было глупо. Блейк уже видел меня обнажённой, и всё же сейчас я чувствовала себя более открытой, чем когда-либо. Я скрестила руки на груди, что, к несчастью, лишь заставило мою грудь ещё сильнее приподняться над лифом сорочки.

Блейк выглядел в полном восторге. Его взгляд скользнул с моей груди к шее, и он облизнул губы, мельком показав острые белые клыки.

— Ты ведь пил мою кровь всего несколько дней назад, — заметила я.

— Да, но рядом с тобой я всегда голоден, Пендрагон. Мою жажду невозможно утолить. — Это был совершенно бесстыдный флирт. И он работал.

Он подошёл ближе, протянул палец и провёл им по одной из шёлковых бретелей.

— Мне нравится. Тебе идёт. Тебе стоит носить такое почаще.

— Ах да, пожалуй, завтра утром я надену это в общую гостиную Дома Авари, — съязвила я.

При упоминании Дома Авари глаза Блейка сузились, и на этот раз уже я самодовольно усмехнулась.

— Что? Думаешь, Кейдж не оценил бы этот образ? — Я медленно провела ладонями по переливающейся ткани, облегавшей мои бёдра.

Блейк тихо зарычал.

— Ещё раз произнеси его имя, и мне, возможно, придётся напомнить тебе, кому ты принадлежишь.

Я попыталась подавить дрожь. С каких это пор чрезмерная собственническая натура Блейка перестала меня бесить и начала возбуждать? Хотя, если подумать, действительно ли я хотела знать ответ на этот вопрос?

Я вызывающе вскинула подбородок, слова уже вертелись у меня на языке. Обычно я сказала бы что-нибудь вроде:Я никому не принадлежу.И уж точно не тебе, Блейк Дракхарроу. Но... что-то изменилось. И всё же я решила поддержать эту игру.

— Насколько я помню, маленький принц, я никому не принадлежу, как бы некоторые заблуждающиеся высококровные ни убеждали себя в обратном. И уж точно не тебе, глава Дома.

Он сделал ещё шаг вперёд. Его грудь оказалась всего в нескольких дюймах от моей, от него исходило тепло.

— Правда? — уголок его губ приподнялся. — И всё же твоё тело считает иначе.

Заносчивый ублюдок. Мне следовало захлопнуть дверь прямо перед его самодовольным, до нелепости красивым лицом. Вместо этого я решила помучить его в ответ. Медленно провела пальцами вверх по переду своей ночной сорочки, намеренно дразня его. Его серый глаз впился в мой, ноздри раздулись, напоминая голодного зверя.

— Ты слишком самоуверен, — ровно сказала я. — Для человека, который стоит на вражеской территории.

— Вражеской? — Он рассмеялся, и его голос прозвучал низко и греховно. — Кейдж — соперник, и то с натяжкой. А ты... мы с тобой враги, Пендрагон? Вот кто мы друг другу, даже сейчас, когда я стою здесь, в твоей спальне? Что-то я не вижу, чтобы ты пыталась выставить меня за дверь.

Я пожала плечами.

— Да чёрт его знает, кто мы друг другу, Блейк. В прошлом году ты сделал себе карьеру на том, что изводил меня.

Он улыбнулся. Медленно. Порочно.

— Ты говоришь так, будто тебе это не нравилось.

Я покраснела, ненавидя то, что он был не совсем неправ. Ярость, одержимость, желание — всё это с самого начала переплелось и спуталось между мной и Блейком Дракхарроу.

— Поэтому ты здесь? Чтобы ещё немного меня помучить?

— Может быть, я пришёл взыскать долг, — пробормотал он, проводя костяшками пальцев по нежной коже моей руки. — Может быть, ты всё ещё должна мне... за все те маленькие грехи, которые совершила.

— Грехи? — Мой голос предательски дрогнул. — Прошу прощения?

И тут же я пожалела, что употребила слово «прошу» рядом с Блейком.