Я качаю головой. Никогда не могла покинуть пределы завесы, хотя Ирэн делала это часто якобы собирала припасы для ученых. Теперь-то знаю, что они охотились на зверей, чтобы прокормить свою машину. Неудивительно, что Эш называет меня монстром. Будь я королем и убивай моих подданных таким способом, тоже бы считала виновных чудовищами.

— Там устраивают зимние балы, а еда просто восхитительна, — продолжает она, не замечая, как испортилось моё настроение. — Это было одно из моих любимых мест, и хотя в Хедруме всегда были рады всем расам, я бы маскировалась под человека, чтобы не привлекать лишнего внимания, когда хочется немного развлечься. Человеческие мужчины рьяны в постели, но у фейри члены побольше.

— Нера! — мои щеки вспыхивают, я чуть не падаю на ровном месте.

Смех Неры летит по коридору, в её глазах мерцает озорство.

Прочищаю горло и вытираю вспотевшие ладони о юбку платья. Снова и снова, пока бешено колотящееся сердце не успокаивается. Не из-за её комментария, а из-за того, что я едва не поцеловала пол. И вовсе не гадаю, какого размера у Эша... Неважно.

Трудно не вспомнить, как он говорил со мной в ту ночь, когда я его зашивала. Как он дразнил меня тем, что я невинна, и пьяно называл красивой.

— Я не привыкла обсуждать такие вещи...

— Но я слышала, у тебя есть сестра.

— Есть, но мы больше не близки. — отвожу взгляд, прикусив губу. — По правде говоря, мы с Ирэн никогда и не были по-настоящему близки.

Она тоже наполовину фейри? Знает ли она, кто я, и потому держала дистанцию?

Сердце сжимается при мысли о такой лжи. В конце концов, это неважно — я не люблю её меньше.

— Я всегда хотела сестру, но после моего рождения мать поклялась больше не беременеть и постоянно пила противозачаточный отвар. — Нера дует губы, затем слегка оборачивается на звук шагов Финли — он бежит, пытаясь нас догнать. Она наклоняется ко мне, выражение её лица становится заговорщицким. — Возможно, если эта авантюра пройдет удачно и ты освоишь свою запертую магию достаточно, чтобы помочь мне с личиной, в следующий раз мы отправимся в Хедрум.

— Звучит как ужасная идея, — говорю я со смехом. — А это мой любимый вид планов. Так что я в деле.

— Серьезно, Хедрум? — спрашивает Финли, делая длинные и быстрые шаги, чтобы не отставать от Неры. — Из всех мест ты хочешь именно туда?

— Ты ведь знаешь, что случилось в ту ночь, когда я узнала, что не могу отменить свадьбу после смерти отца? — спрашивает Нера, с безразличием рассматривая свои длинные когтистые ногти.

Финли бледнеет, а я лишь качаю головой, завороженная разговором.

— Я впала в ярость, рванула прямиком в Хедрум, переполненная ненавистью к покойному отцу и жаждой мести в сердце. Я хотела забрать назад то, что принадлежит мне. Старый король пообещал моё тело Сайласу, и Эш не мог расторгнуть сделку, так как она была скреплена кровной клятвой. И я сделала то, что сделала бы любая мятежная принцесса на таком распутье. Я трахалась с незнакомцами. Всю ночь напролет. Это было чудесно, но ты наверняка меня понимаешь, Финли, ведь ты и сам любил там зажигать.

Щеки Финли становятся густо-бордовыми, он отворачивается от нас, бормоча что-то себе под нос.

— Я говорил Эшу, что то, что его младшая сестренка постоянно крутится вокруг нас, нам еще аукнется.

Это почти мило видеть его таким смущенным, и я рада, что не я одна веду себя как застенчивая невинная девчонка в разговоре с Нерой.

Мы пробираемся к конюшням, пересекая двор в сторону больших черных зданий, окутанных туманом. Лунаргиры даже не смотрят в нашу сторону.

— Это мало связано с тем, как вы двое вели себя при мне, и больше — с тем, как мало времени у меня осталось, чтобы заботиться о приличиях.

— Нера...

— Оставь это, Финли, мне не нужна твоя жалость. Мне нужны впечатления, пусть даже грустные. Я хочу жить, пока еще могу.

Его взгляд смягчается, прежде чем он кивает.

— Что ж, полагаю, если мы собираемся рисковать жизнями, то лучше делать это стильно и поехать в карете.

Глава 20

— ДЕРЖИСЬ МЕЖДУ НЕРОЙ И МНОЙ. Это скроет твой запах на случай, если поблизости окажутся лунаргиры, — говорит Финли, пока мы идем по извилистой тропинке к конюшням. Здесь я больше не чувствую аромата роз и магии, к которому так привыкла.

Сады, тем не менее, захватывают дух даже в это холодное время года: прекрасные дорожки, выложенные битым камнем и поросшие мхом.

Звери не нападают на Финли, как вчера, хотя он человек. Колдун, но человек. Изучаю его широкую спину, закругленные уши, выглядывающие из-под мягких кудрей светлых волос.

По обе стороны от нас стоят постаменты; мы проходим под деревянной аркой, увитой розами. Но в отличие от тех, что в замке, эти розы спят зимним сном. Не магические, не пугающе живые.

Конюшни из черного дерева величественно возвышаются над округой. Финли идет впереди нас с Нерой, вытянув руки и бормоча под нос. Чувствую запах магии раньше, чем вижу её всплеск вокруг нас. Волосы встают дыбом от статики, а кольцо на его пальце светится зеленым, когда ворота распахиваются.

Амулет колдуна — совсем как тот, что был у меня.