— Значит, ты видела его раньше? Короля?

Нера качает каменно головой.

— Нет, во всяком случае, лично. — Её лицо становится строже, и она отводит взгляд, возможно, жалея о своей откровенности. — Но хватит обо мне. Зачем мы здесь?

— Мы с Эшем вчера заключили сделку, — говорю, откидываясь на мягкую кожаную спинку бордового кресла.

— О?

Пожимаю плечами, вертя в руках небольшую книгу.

— Я помогу вам разрушить проклятие, и если у меня получится, он меня отпустит. Полагаю, именно поэтому я теперь изучаю всё об Охоте, а Эш счел нужным, чтобы я прочла этот странный дневник.

— Вроде того... — произносит он, глядя в сторону; на его челюсти ходят желваки. — Должно быть, я выпил слишком много виски и наполовину обезумел, раз пошел на эту сделку.

— Понятно. — Нера приподнимает брови; я до сих пор поражаюсь, насколько выразительным может быть её лицо, даже будучи каменным. Оно не издает ни звука, но кажется, что должно. — Что ж, это будет интересно. Я останусь и посмотрю, что вы двое затеяли.

— Тебе скучно, сестренка?

— Если меня не убьет проклятие, то убьет монотонность каждого дня в этом месте. — Её губы растягиваются в медленной улыбке, и она опускается в кресло рядом со мной. Дерево стонет и прогибается. Раздается треск, но как раз когда я жду, что Нера рухнет на пол, Эш взмахивает рукой, и золотая магия вырывается из его пальцев, окутывая кресло и не давая ему развалиться под её внушительным весом.

— Пожалуйста, перестань уничтожать ту мебель, что у нас осталась. Используй свою магию, Нера. Это поможет тебе сохранить рассудок.

— Ты знаешь, что я не могу. Больше нет.

— Ты просто выбираешь этого не делать, потому что трудно смириться с тем, что проклятие ослабило твой дар.

— Ты ничего не знаешь. — Ноздри Неры едва заметно раздуваются, но уже через мгновение на лицо ложится маска безразличия, и боль исчезает. Она поворачивается ко мне, ерзая в кресле. — Признаюсь, мне любопытно, чем всё это кончится. Думаю, ни один человек не выживал в нашем королевстве так долго, как ты, Мия. С тех пор как началось проклятие. Как ты планируешь нам помогать?

— Ну, для меня всё это в новинку, и, честно говоря, я не особо задумывалась, когда заключала сделку с твоим братом прошлой ночью.

— Поразительно, — говорит Эш, постукивая пальцами по подбородку. — Ты ведь совсем не кажешься импульсивным человеком.

Я испепеляю его взглядом.

— Что ж, у меня не так много вариантов, а я не люблю терять контроль над своим будущим. Так что, пожалуйста, расскажите мне больше, что угодно, что я смогу использовать. Например: кто вас проклял? Колдун, колдунья, какой-то разозленный родственник?

В слои проклятия всегда вплетен предохранитель, позволяющий его разрушить. Законы магии требуют баланса. Должно быть, в этом и кроется причина, по которой звери приходят в Пенумбру каждую Кровавую луну. Обычно они пытаются унести человека, так что, возможно, одному из нас суждено его разрушить. И вот я здесь — в идеальном месте в идеальное время.

Нера и Эш перестают шевелиться, перестают дышать. Они сидят неподвижно, их взгляды буквально прожигают во мне дыру. От такой интенсивности у меня мурашки по коже. Их губы плотно сжаты. Эш бледен, он почти не отличается от сестры, еще одна статуя в океане книг.

— Вы не можете говорить о том, кто наложил проклятие, верно? Поэтому вы показываете мне зацепки. Возможно, если я выясню, кто это сделал, я смогу его снять? — Я изучаю их потрясенные лица и наслаждаюсь этой маленькой победой. — Полагаю, я близка к истине?

— О, она хороша, — довольно мурлычет Нера. — Давай оставим её себе.

Хмурюсь, глядя на белого зверя и её тонкие черты.

— Я не домашнее животное, чтобы меня «оставлять».

Она серьезнеет и кивает; насмешка исчезает, сменяясь чем-то более глубоким, отчего она кажется намного старше.

— Ты права. И мы оба это знаем. Да, Эш?

— Чего ты пытаешься добиться, Нера? Наверное, тебе лучше уйти, пока я не потерял самообладание и не усыпил тебя снова.

Моргаю в замешательстве. Не знаю, стоит ли мне обижаться, любопытствовать или и то, и другое сразу. Наверное, лучше не задавать вопросов и не зацикливаться на том безмолвном разговоре, который они ведут у меня на глазах. Какая разница, нравлюсь я им или нет? Это чувство взаимно. Для меня это место, лишь временная остановка.

— Почему лунаргиры приходят в Пенумбру? Город далеко, как минимум неделя пути. Уверена, рядом с замком есть другие поселения людей.

Не то чтобы я хотела, чтобы звери мучили и убивали тех людей, как они делали это с нашими.

— Жители Пенумбры сами это устроили. Они украли у меня, и лунаргиры чувствуют следы магии фейри в городе. Связь, которая, возможно, кажется им родной и привязывает нас к Пенумбре. Поэтому они стекаются туда и забирают людей, чтобы принести их мне.