Они смотрят на меня: кто с жалостью, кто со страхом, кто с ненавистью. Мой взгляд встречается с глазами Эша; он безмолвно молит меня замолчать.

— Нет, — шепчет Эш, застыв на месте.

Харпер продолжает нараспев произносить заклинание, не обращая внимания на мои слова.

— Пожалуйста, вы не можете убить всех фейри. Это неправильно...

Но Харпер не останавливается, заклинание вокруг него становится плотнее. Усмиряя его еще больше.

— Пожалуйста, Харпер, я люблю его!

Прикусываю губ, хотя слова звучат истиной. Я люблю его. Короля фейри, который сводит меня с ума и заставляет улыбаться одновременно. Который бросает мне вызов и учит меня моей же силе, учит жизни. Он забрал меня из Пенумбры и открыл мне правду.

Эш отшатывается, его глаза расширяются.

Все замирают, пока магия бурным потоком течет от меня к нему. Красные нити обвивают его тело и вырываются из его раскрытого рта, когда он выкрикивает моё имя. Свет взрывается в его глазах и на кончиках пальцев, накаляя воздух в пещере до предела.

В ушах гудит; ползу вперед, пользуясь хаосом, чтобы подобраться к нему поближе, пока его тело трансформируется, пока не начинает казаться целиком отлитым из золота. Запах магии, смешанный с ароматом роз, вытесняет прежнее зловоние, и каждое перышко на его лице и шее исчезает.

Когда свет гаснет, остается лишь его истинное обличие. Прекрасный король фейри, ссутулившийся в своей клетке.

Признание в любви разрушило чары.

Его проклятие исчезло.

Глава 38

ЭШ УМЕНЬШАЕТСЯ на пару дюймов, и когда свет меркнет, он окончательно возвращается в свой облик фейри, тяжело дыша и поддерживая себя дрожащими руками. Он смотрит на меня с чувством таким чистым и чудесным, что моё сердце замирает. Затем выражение его лица сменяется отчаянием.

Потому что, разрушив его проклятие, я выдала себя и свой союз с фейри. Потеряла всякую поддержку, что была у меня раньше. Любовь к нему, а тем более признание в ней вслух, может стоить мне жизни.

Вокруг взрываются крики: ученые за спиной Скайлара загалдели все разом. Кто-то выкрикнул: «Подстилка фейри!», но я не поняла, кто именно.

Тот самый рыжеволосый мужчина делает шаг вперед, скрещивая руки на груди и свирепо глядя на остальных. — Это сестра Ирэн и дочь Киллиана. Это люди, с которыми мы работали годами. Не надо выставлять её злодейкой только потому, что она влюбилась в фейри. Она не первая из людей, с кем это случилось, и не последняя.

— К тому же она явно проклята. А вдруг зверь её заколдовал? — вставляет другой. — Давайте отведем её к Ирэн, уж она-то присмотрит за ней, пока всё не утихнет.

Кто-то соглашается, атмосфера в комнате меняется.

— А может, нам вообще не стоит использовать короля в машине, — раздается еще один, более громкий голос. Это мужчина постарше, с усами «соль с перцем» и лысиной. — Всё это кажется неправильным.

Гремит выстрел, в ушах начинает звенеть. Мужчина, заговоривший последним, падает на колени. Он прижимает руки к сердцу, темная кровь сочится сквозь пальцы, прежде чем он валится замертво.

Скайлар наводит пистолет на рыжего; его лицо сурово. — Это не обсуждается. Мы — гвардия Пенумбры, и мы будем её защищать. Если кто-то еще готов умереть за фейри — говорите сейчас. Или сами идите в камеру, не заставляйте меня тратить время.

Мужчина, сделавший мне укол, поднимает меня с пола. Моя голова безвольно свисает; всё, что я могу, это смотреть на мертвого человека на камнях. Его голубые глаза смотрят в пустоту, вокруг головы расплывается кровавый нимб.

— Гейл и Хит, отнесите тело в морг. Я сам составлю отчет, — бросает Скайлар.

Токсин не лишает сознания, только способности двигать руками и ногами. Неужели это то самое, что они вкалывают фейри перед тем, как засунуть их в машину? Ужас впивается в меня когтями, пока группа людей уволакивает тело.

Сколько ученых было убито за то, что они выступали против происходящего здесь?

Слабый укол силы ощущается под кожей, но он настолько приглушен, что я не могу ухватиться за нити, чтобы применить магию. Тьма на руке никуда не делась, склизкая тень внутри шевелится. Её всё еще можно почувствовать, если прислушаться.

Эш свободен от своего проклятия, а я нет.

Харпер оцепенело наблюдает, как меня тащат обратно в темную камеру, но не делает ничего, чтобы помешать им. Я не могу её винить после того, что случилось.

— Мой отец помогал строить эту машину, а Ирэн работает с вами всеми. Вот так вы обходитесь с их семьей? — кричу так громко, как могу.

— Ты позоришь их имена, — огрызается Скайлар. — Встала на сторону фейри против своего народа. Везите короля в машинный зал.

Я лишаюсь дара речи; ученые выходят, толкая тележку с клеткой Эша. Харпер остается, не поднимая на меня глаз.

— Прости, Мия, я просто... — Она колеблется, следя глазами за фигурами в туннеле. — Я не хочу умирать. Скайлар убьет меня, как убил Кайла. Надеюсь, ты меня простишь.