На какое-то время мы оказываемся в вязкой субстанции, которая обжигает всё тело. Нас толкает и тянет в разные стороны, а запах... Он впивается в меня. Проклятие внутри ликует от близости смерти, и от этого жуткого чувства на глазах наворачиваются слезы. Я смотрю на свою руку: хотя большая её часть скрыта плащом, чувствую, как сухость кожи доходит уже до самого плеча.

Из Нахели вырывается туман, разбрасывая звезды, образующие вокруг меня щит. По стене разбегается паутина трещин, как в ту ночь, когда Эш прорвался внутрь, оставляя брешь, достаточную для нас.

Мы приземляемся на мокрую булыжную мостовую. Впервые с тех пор, как мы оставили Ирэн, слышу, как тяжело дышит древний дух. Несмотря на трещину в завесе, колокола не звонят, не предупреждают город о прорыве. Улицы, по которым мы мчимся, пустынны.

— Нахели, стой!

Она не останавливается.

Квартал ученых уже виден за невысокими домами на окраине.

— Если стража увидит, как ты бежишь по улицам, они поднимут на уши весь город и могут убить Эша прежде, чем мы до него доберемся. Отпусти меня. Скройся в тенях или стань чем-то менее... величественным.

Она замедляется, поворачивая голову и сверля меня своими четырьмя янтарными глазами. Видимо, не любит, когда ей указывают.

В городе темно, почти все уже спят — идеальное прикрытие. Я указываю на узкий переулок слева, и Нахели ныряет туда, останавливаясь только в лабиринте проходов. На улицах горят редкие фонари, но их света недостаточно, чтобы нас выдать.

Туманное тело Нахели уменьшается до размеров обычного волка, у неё остается только два глаза. Со стороны она сойдет за обычного зверя для любого, кто не станет приглядываться к мерцающим звездам вокруг неё. У меня нет времени на раздумья, Эш может умирать прямо сейчас. Завеса уходит в небо, не обращая внимания на проделанную Нахели дыру.

В отличие от моего прошлого визита в квартал ученых, мы идем через черный ход, где меньше шансов на кого-то наткнуться. Я достаю ключи Ирэн; требуется пара попыток, прежде чем находится нужный. Металлическая дверь открывается в длинный коридор с узкой лестницей, ведущей неизвестно куда. Ирэн велела идти в подвал, но как туда попасть?

Судя по части города, которую мы пересекли, мы должны быть в восточном крыле здания.

Направляюсь к лестнице, но Нахели скулит, привлекая моё внимание. Она указывает головой в другую сторону. Вглубь коридора.

На этаже выше скрипят шаги, слышны приглушенные голоса: это место кишит учеными, которые вполне могут оказаться стриксами. Тело Нахели превращается в дым, и она просачивается сквозь узкую дверь в конце холла.

Следую за волчицей вниз по каменным ступеням, ведущим в подземные туннели. Своды теряются в темноте; мы идем по извилистым переходам, уводящим нас прочь от основного здания. По каменным стенам сочится влага, ноги чавкают в грязи.

Мы приближаемся к Эшу. Я чувствую это нутром. Чем глубже мы уходим под землю, тем яростнее становятся охранные знаки и тем агрессивнее заклинания высасывают остатки тепла из моего тела.

Они приказывают молчать.

Они причиняют боль.

Ветер свистит в щелях тяжелых деревянных дверей, которыми уставлены туннели. Я поглядываю на Нахели, идущую рядом. Она снова стала выше и ведет меня очень уверенно.

Внезапно её тело начинает мерцать, так же, как в замке. Прямо перед её исчезновением.

— Ты уходишь? — выдыхаю я.

Она поворачивает голову, пригвоздив меня взглядом четырех янтарных глаз. Сморщив морду, она обнажает длинные клыки. Это было бы страшно, если бы не шипение, складывающееся в подобие слов. Оно слетает с её губ подобно ледяному прикосновению:

— Спаси его.

И она растворяется в воздухе прямо у меня на глазах. Её магия покидает это место, и я чувствую, что это напрямую связано с тем, что происходит с Эшем.

Я не позволяю себе провалиться в панику. Вместо этого опираюсь на её слова, повторяя их снова и снова:

«Спаси его».

Вокруг просторного круглого зала с низкими потолками стоят пустые клетки.

Знакомый голос доносится из открытой двери в дальнем конце комнаты. В тоне Скайлара слышна издевка, но с такого расстояния слов не разобрать.

Обнажаю один из кинжалов и стараюсь сдерживать силу внутри. Чрезмерное использование ускорит захват моего тела проклятием, но я не представляю, как иначе вытащить отсюда Эша. Пересекаю зал мимо железных решеток и вырезанных на стенах рун.

За дверью стоит удушливое зловоние. Магия, смешанная с потом, кровью и чем-то гнилым. В комнате полумрак, и это мне на руку: быстро прячусь за высокими деревянными ящиками, вглядываясь в толпу, собравшуюся вокруг него.

Сердце падает, когда я вижу черные крылья Эша, сложенные под странными углами в клетке, которая слишком мала для такого мужчины. Золотая кровь и слезы пачкают его лицо, стекая на темную пернатую шею. Его руки, а не когти, как в ту ночь, когда он похитил меня. Они сохранили обычную форму, если не считать черных ногтей, точь-в-точь как на моей руке.

Он прислонился к задней стенке, положив руки на согнутые колени и тяжело дыша, игнорируя насмешки толпы.