Пальцы непроизвольно сжимаются, и я бегу прежде, чем успеваю всё обдумать. Они здесь! И если они не были ранены раньше, то могут быть ранены сейчас. Почему ворота не открылись? Это как-то связано с внезапным исчезновением Нахели?

Мчусь вниз по винтовой лестнице башни на первый этаж. Воздух обжигает легкие, когда я вылетаю из двери в серый день. Кожа мерцает, я не знаю, что чувствовать. Надежду, радость или страх?

Следя за движущимися силуэтами лысых лунаргиров, рыщущих поблизости, пересекаю двор. За последние пару дней они, казалось, не обращали на меня внимания, даже когда я подходила слишком близко.

Пробегаю мимо первого: он прищуривается в мою сторону, но не скалится. Не слышу их мыслей или чувств, как слышу некоторые магические артефакты, совсем не так, как описывала Нера.

Пот течет по шее, стекая между грудей и пропитывая платье. Помогаю себе взмахами рук, чтобы бежать быстрее.

Здесь запах роз становится удушающим, хотя я и бегу прочь от того места в замке, где они растут гуще всего. Добравшись до ворот, никого не вижу. Одно колесо фургона продолжает вращаться. Остальные три кажутся сломанными.

Вцепляюсь в прутья, приподнимаясь на цыпочки, чтобы разглядеть хоть что-то.

— Эш? — Голос застревает в горле, слезы наворачиваются на глаза. — Ты здесь?

Никогда еще я не чувствовала такого отчаяния от того, что осталась позади. После того что я сделала с Нерой, пыталась быть благоразумной и не подвергать опасности себя и окружающих. Не могла пойти с ним тогда, так как была слишком слаба. Но что, если... что, если я могла бы на что-то повлиять?

— Эш! — кричу снова.

Лошадь отзывается ржанием: она придавлена весом кареты. Вторая уже несется по дороге, превратившись в едва заметную точку. Ищу выход. Попытки открыть ворота тщетны. Они не поддаются, как бы я ни тянула и ни толкала. Железо не реагирует на заклинание огня, а кинжалами замок не вскрыть.

Можно было бы перелезть, но вряд ли это закончится добром. Эти ворота — не прочные полки в библиотеке Пенумбры. Я с опаской смотрю на прутья. Они погнулись там, где в них врезалась карета.

Придется протискиваться. Сбрасываю плащ, оружейный пояс и платье, оставаясь в одной хлопковой сорочке и белье.

Когда я пытаюсь пролезть сквозь прутья, меня удерживает барьер. Щит, подозрительно похожий на завесу. Моё дыхание затуманивает тонкую мембрану, к которой я прижимаюсь телом, а осевшая на ней утренняя роса обжигает кожу ледяным поцелуем.

Закрываю глаза и нащупываю структуру этого заклинания. Оно шепчет:«Оставайся внутри». Оно звучит точь-в-точь как Эш, и это придает мне решимости. Приложив ладонь, начинаю распутывать его, словно разрезая пряди шпагата, пока в щите не образуется брешь, достаточная, чтобы я могла пройти.

В карете никого нет, хотя я нахожу следы крови на месте кучера и сзади, где на куче пустых мешков остался вдавленный след от тела. Затем помогаю лошади, приподнимая тяжесть дрожащими руками и используя то самое заклинание ветра, которое спасло мне жизнь много месяцев назад.

Чернота на моей руке продвигается еще на дюйм; сглатываю и возвращаюсь за плащом, чтобы скрыть следы проклятия, пожирающего моё тело.

У края леса нахожу четыре свежих цепочки следов, тянущихся вдоль стен замка. Одна — маленькая, скорее всего, принадлежащая Нере, и три побольше. Я хмурюсь, наклоняясь для изучения. Я понятия не имею, как понять, куда они ведут, ведь никогда в жизни ни на кого не охотилась. Но недостаток навыков восполняю решимостью.

Если охранные знаки не впустили Эша по какой-то причине, я могу снять часть защиты и впустить их. Он может потом читать мне нотации о том, что я вышла, главное, чтобы они были внутри.

Приближаясь, слышу вдали голоса. Тщательно скрываюсь под покровом хмурого неба и густого тумана. Первым я вижу Финли, точнее, его плащ и мягкий наклон широких плеч. Бросаюсь вперед, адреналин обостряет чувства: слышу каждый хруст ветки под их ногами или моими.

Сердце подпрыгивает к самому горлу, когда подхожу ближе и не вижу крыльев Эша. И тонкой фигуры Неры. А голоса звучат совсем не знакомо.

Замираю, прячась за стволом дерева; по спине пробегает неприятный холодок. Оставаясь в тени, подбираюсь всё ближе и ближе.

— Ты нас чуть не угробил, когда направил эту колымагу на ворота, — цедит мужчина в коричневых брюках и белой рубашке, проводя рукой по лысой голове.

Прижимаюсь к дереву, стараясь унять громкое дыхание и понять, что происходит.

— Обычно они открываются передо мной, — говорит Финли. Его голос напряжен; они продолжают идти вдоль периметра. — Вы не должны были приходить сюда. Замок вас не впустит, я же говорил Скайлару.

Финли работает на ученых? Выглядываю из-за дерева, и моё сердце разрывается. Неужели он предавал нас с самого начала? Или его взяли в заложники в лесу?