— Нет. До этой минуты, пока он не погиб. — Гвен глубоко вздыхает. — Должно быть, мысль о том, что он на самом деле не писал «Последний цикламен», терзала его день и ночь. Вся его личность держалась на статусе писателя. Не просто писателя, а признанного литературного деятеля. И все же в голове не укладывается, как он мог скрывать это даже от меня.

— Наверное, ему было стыдно. Боялся, что ты разочаруешься в нем.

Гвен откидывается на спинку кресла, глядя, как мимо со свистом проносится фура. Если так, худшего решения он придумать не мог. Был шанс, пусть ничтожно малый, что признайся он во всем годы назад, это сблизило бы их. Но Антон не умел быть честным даже с самим собой, куда уж там с ней.

— Похоже, оба наших мужа тщательно скрывали свое истинное нутро.

— И об этом написано в блокноте? Что-то о Скотте?

Гвен прекрасно понимает: ответив, она поставит под удар их дружбу. Их отношения и без того висят на волоске, и то, что она сейчас произнесет, может стать смертельным ударом. В лучшем случае Эйми воспримет эту правду как проявление солидарности — знак того, что они заодно, каким бы кошмаром все ни обернулось. Но куда вероятнее другое: Эйми придет в такую ярость, испытает такой ужас от услышанного о Скотте, не говоря уже о поступках Антона, что выместит весь свой гнев на Гвен.

В конце концов, всего несколько часов назад, вчитываясь в записи интервью Антона и его беллетризованные наброски, Гвен саму чуть не вывернуло наизнанку. Ее муж наживался на чужом горе, ковырялся в незаживающих ранах и вытаскивал из чужой души самую черную грязь и все это ради так называемого «искусства».

— С чего бы начать?.. Короче говоря, двадцать восемь лет назад двое парней в начале выпускного класса отправились в поход по калифорнийским горам. Назад не вернулся ни один. Одного звали Декстер Кол, второго — Майкл Финч. Антон каким-то образом вышел на мать Декстера и взял у нее интервью. Она свято убеждена, что Майкл убил ее сына в том походе и спрятал тело. Она уверена, что он бежал из штата, сменил имя и начал жизнь с чистого листа. И человек, которым он стал… это Скотт Краудер.

Эйми резко берет вправо и бьет по тормозам.

— Что за бред ты несешь?! Скотт никогда не был в Калифорнии. Он там не жил!

— Это еще не все. Мать зовут Кэти Стокер.

Из горла Эйми вырывается утробный крик. Она дважды с силой колотит ладонью по рулю:

— Черт! Черт!

Гвен сидит не шелохнувшись, не зная, как поступить. Сама недавно пережив крушение привычного мира, она знает: тут ничем не поможешь. Остается лишь быть рядом, молча разделить чужую боль и помочь Эйми пережить этот удар, когда та будет готова.

— Какая же я конченая идиотка, — Эйми роняет лоб на рулевое колесо.

— Ты не идиотка. Откуда ты могла знать? Она обвела вокруг пальца вообще всех.

Эйми резко вскидывает голову.

— Подумать только, Ноа была там… — ее передергивает от озноба. — Чего она от нас хочет?

— Погоди, давай я тебе кое-что зачитаю. — Гвен раскрывает блокнот. — Сразу предупреждаю, текст рваный. Антон явно набрасывал тезисы прямо во время разговора, но все же.«Майкл и Декс — друзья с начала десятого класса, когда Майкл с матерью переехали из Нью-Мексико… не разлей вода с первых дней… оба играли в бейсбольной команде…» — Гвен поднимает глаза на Эйми. Та смотрит прямо перед собой, побелевшими пальцами вцепившись в руль.

— Ну и что с того? — В голосе Эйми сквозит глухая защита, и Гвен ее не винит. Она всегда возносила Скотта на пьедестал, а теперь узнает, что он далеко не так безупречен.

Гвен продолжает читать по блокноту:

—«Полиция так и не нашла тела… свидетель слышал выстрелы в горах в тот день… свидетель тоже уехал из города… отследить не удалось… видела Майкла в горах спустя месяцы… уверена, что это он… пошла в полицию… люди Рэя Маккриди начали преследовать…»

— Это безумие! Ты хочешь, чтобы я поверила, будто Скотт — беглый преступник, который кого-то грохнул, а потом сменил имя?! Да эта баба чокнутая! Где ее доказательства?

Гвен поднимает взгляд.

— Судя по его заметкам, мать Декстера утверждает, что видела Майкла на склоне горы через несколько месяцев после их исчезновения, но стоило ей окликнуть его по имени, как он бросился бежать. А когда она попыталась возобновить расследование, этот Рэй Маккриди подослал людей, чтобы ее запугать. Видимо, в девяностых у Маккриди там была крупная плантация по выращиванию дури. Она отступилась, потому что испугалась за свою жизнь. По крайней мере, она так утверждает. А потом объявился Антон и разворошил это осиное гнездо: позвонил ей и заявил, что Майкл Финч превратился в Скотта и начал новую жизнь в Бетесде.

— А Антон-то откуда об этом пронюхал?

— Понятия не имею. — Гвен всматривается в виднеющиеся вдали горные хребты. — Возможно, наткнулся на какую-то зацепку и начал копать. В блокноте об этом ни слова.