Гвен охотно берет инициативу в свои руки, понимая, что Эйми слишком раздавлена для долгих разговоров. Она излагает всю историю: как Кэти Стокер притворялась, что живет здесь, хотя на самом деле просто присматривала за кошкой с котятами; что Скотт так и не вернулся вчера вечером домой; и как они нашли его машину в сарае у Джин. Сейчас это ее долг, но в глубине души она надеется, что это поможет вернуть хоть каплю доверия Эйми. Ей нужна подруга, и мысль о потере этих отношений для нее невыносима.

— Где он может быть? — спрашивает Эйми в пустоту. — Я не понимаю. Он не мог просто так исчезнуть.

— Мы здесь как раз для того, чтобы это выяснить, — отвечает офицер Нгуен.

— Его похитили?

— Пока неизвестно. Давайте не будем делать поспешных выводов, — говорит он. — Поговорим о Кэти Стокер. У вас есть о ней какая-нибудь еще информация? Даже если она кажется незначительной. Она упоминала каких-то друзей?

— Я не знаю ничего сверх того, что вам уже сказали, — отвечает Эйми.

— Ваш муж когда-нибудь с ней встречался?

— Нет, никогда. У него не было причин.

— Но между ними может быть связь, — осторожно вмешивается Гвен. — Мы только сегодня узнали, что кто-то шантажировал Скотта. И эта женщина, Кэти, могла быть замешана.

Офицер Нгуен, все это время стоявший на ногах, опускается на стул рядом с Эйми.

— Это правда? Вашего мужа шантажировали? — Он выдерживает паузу, ожидая ее ответа. Эйми кивает. — Это слишком важная деталь, чтобы о ней умалчивать.

— Мы не умалчивали, — говорит Эйми. — Я понимаю, насколько это важно. Поэтому мы и рассказываем вам прямо сейчас.

— Чем именно его шантажировали?

— Я не знаю. Я сама узнала об этом только сегодня от частного детектива, которого Скотт нанял разобраться в деле.

— Почему вы не позвонили в полицию сразу, как только выяснили это? — спрашивает Нгуен. — Что заставило вас приехать сюда?

— Не знаю. — Эйми опускает взгляд на свои руки. У Гвен сжимается сердце от жалости к подруге. Это была глупая затея, и теперь со стороны все выглядит еще хуже. Но Эйми была вне себя от горя.

— Думаете, вашего мужа шантажировала именно Кэти Стокер? — уточняет офицер.

Эйми смотрит на Гвен, словно ища одобрения. Гвен кивает. Выбора нет. Если они хотят найти Скотта, нужно выложить все карты на стол.

— Нет, это была не Кэти, — говорит Гвен. — Это был мой муж. Его зовут Антон Хоури, и его убили в пятницу вечером.

Офицер несколько секунд пристально смотрит на Гвен, затем поднимается:

— Прошу прощения, мне нужно сделать звонок.

Он выходит из комнаты минут на десять, и все это время Гвен слышит его приглушенный голос, пока он говорит по телефону. Она гадает, о чем он говорит. Вся эта история кажется полнейшим безумием. Наконец он возвращается и говорит, что они могут ехать домой.

— На данный момент у меня есть все необходимые показания. Но позже к вам обеим заедет детектив для беседы, — сообщает он. — Ах да, мне нужно свежее фото вашего мужа, если есть.

Когда Эйми не реагирует, Гвен сама находит фотографию Скотта и отправляет офицеру сообщением: за последний год совместных ужинов и отпусков у нее накопилось предостаточно снимков на выбор. Получив разрешение уйти, она выводит Эйми на улицу.

— Хочешь, я поведу? — предлагает Гвен.

Эйми качает головой.

— Я в порядке, правда.

Дорога домой проходит в неловком, давящем молчании. Гвен вытаскивает озябшие, влажные ноги из перепачканных шлепок и поджимает их под себя. Дома она сразу выбросит эту испорченную обувь, долго будет отмывать в душе Сабабу, а потом и себя. Обо всем остальном позаботится Барб. Гвен хочет спросить у Эйми, как она себя чувствует, но боится, что подруга сорвет на ней всю накопившуюся за день горечь. От Эйми за версту веет нежеланием разговаривать, и Гвен решает не лезть в душу. Мысли путаются от всего, что открылось сегодня, и у нее попросту нет сил это переварить. Например, тот факт, что Антон знал о Кэти. Гвен чувствует, как на нее давит груз его вины. Она ведь не шантажировала Скотта, но как жена Антона ощущает свою причастность.

Ей так хочется перешагнуть через ту пропасть, что разверзлась между ней и Эйми, свернуться вместе калачиком на диване с бутылкой вина и выговориться обо всем. Вдвоем у них было бы куда больше шансов во всем разобраться. Но Эйми от нее закрывается.

Когда машина останавливается перед домом Эйми, Гвен выныривает из своих мыслей.

— Мне надо зайти к Лизе за детьми, — бросает Эйми, выходя наружу.

Гвен снова натягивает мокрые шлепки и перехватывает поводок Сабабы. Предвечернее солнце скрылось за плотными белыми облаками, в тяжелом воздухе повис запах приближающегося дождя.

— Дай знать, если я смогу чем-то помочь, — говорит Гвен, пока Эйми ставит пикап на сигнализацию.

— Спасибо, — сухо отзывается Эйми через капот.

— Может, тебе стоит расспросить Лизу о Кэти?

Эйми хмурится:

— Лизу? Думаешь, она что-то знает о Кэти?

— Ну, она ведь закатила истерику, когда ты сказала, что Ноа собирается поехать к ней.

Эйми смотрит куда-то вдаль.

— Да, это правда.

— И если она спала с Антоном, возможно, он ей что-то рассказывал.

— Гвен, мы этого не знаем.

— Ты мне не веришь?