— Ты будешь такой способной ученицей, да, мисс Айвор?

Я не обманываюсь, думая, что ей нужно, чтобы я ее чему-то учил. Это не более чем лёгкая ролевая игра, и использование наших соответствующих обращений — тому доказательство.

Но я готов подыграть ей — вникнуть в эту динамику, чтобы показать ей эту свою сторону.

— Да, — говорит она снова.

Действительно, способная ученица.

Я обматываю шелковую ткань вокруг ее тонких запястий, достаточно туго, чтобы она чувствовала сдерживание, но не настолько, чтобы она не могла освободиться сама, если захочет или это понадобится.

— Так нормально? — шепчу я, осторожно потягивая за материю. Я не хочу двигаться дальше, сначала не проверив. То, что я предполагаю, что она намекнула, чего хочет, не значит, что я должен принимать это за чистую монету, не попросив ее произнести это вслух.

— Более чем, — отвечает она, и я не уверен, что мой член когда-либо был тверже, чем в этот момент.

Я сгибаюсь в бедрах, наклоняясь, чтобы поцеловать край ее челюсти.

— Вот моя хорошая девочка.

Она ерзает от моей похвалы, и мне это очень нравится.

— Мне нравится, когда сосут член, мисс Айвор, — произношу я ее имя, как насмешку. — Тобой, связанной у моих ног, обожающей, как я трахаю твой рот, так сильно, что ты будешь думать о том, как я чувствуюсь глубоко в твоем горле, еще несколько дней.

Я снова встаю и возвращаюсь перед ней. Она смотрит на меня снизу вверх — ожидая моей инструкции — с таким доверием, что я готов кончить ей на лицо прямо здесь и сейчас.

Я пытаюсь представить самую непривлекательную вещь, какую только могу, чтобы продлить это. Вспоминается гниющая плоть.

Это срабатывает.

Я молча похлопываю по ее подбородку, поглаживая свой ствол. Она открывается для меня так чертовски послушно. На ее лице выражение, которое я видел много раз, но не то, которое хочу видеть в этом сценарии.

Она нервничает.

Я останавливаюсь.

— Ты в порядке?

Она кивает, открывая рот и высовывая плоский язык, но тревожный взгляд в глазах все еще там.

Я хотел ее с того момента, как увидел, но я никогда не потеряюсь в своей потребности настолько, чтобы ее комфорт не был моим главным приоритетом.

— Что случилось со словами, которые ты так хорошо произносила несколько минут назад, детка? Поговори со мной.

Мой член болезненно пульсирует.

Она закрывает рот, потом снова открывает, на этот раз пытаясь подобрать слова.

— Я никогда этого не делала раньше.

Ох.

Она буквально хочет, чтобы я научил ее.

Она девственница? Я не задаю этот вопрос, хотя это первое, что приходит на ум. Но я определенно не буду трахать ее, пока мы это не обсудим. Не потому что я считаю девственность какой-то драгоценностью, которую женщина решает отдать, а потому что хочу быть уверен, что забочусь о ее физических потребностях наилучшим образом.

Вероятно, нет, но никогда не знаешь.

— Почему бы нам не подождать, пока...

— Нет, — перебивает она меня. — Я не хочу ждать, — говорит она мягче. — Да, я нервничаю, потому что это для меня ново. Но это не значит, что я не очень взволнована и полна желания.

Чтобы доказать свою точку зрения, она снова открывает рот, ожидая, как будто это решает все.

Ну, наверное, так и есть.

За исключением того, что сейчас именно она должна быть главной.

Пока что.

Я кладу головку члена ей на язык, и она смыкает вокруг нее губы. Я вздрагиваю.

— Соси, детка. Бери столько, сколько сможешь. Что бы ты ни делала, это будет потрясающе.

Куинн, как выясняется, не имеет рвотного рефлекса.

Она один раз наклоняет голову и принимает меня до самого горла. Мои пальцы снова запутываются в ее волосах, на этот раз сильнее стягивая у корней, потому что мне нужно, чтобы она, блять, замедлилась.

Я не ожидал такого.

Мне хочется спросить, тренировалась ли она на банане или типа того, потому что какого черта?

Она следует моему примеру, отпуская меня, и мой член шлепает меня по низу живота.

— Что случилось с тем, что ты трахнешь мой рот, профессор? — бросает она вызов.

В горле зарождается низкий рык. Иногда она бывает такой дерзкой, и мне это чертовски нравится.

— О, так и будет, — я слегка оттягиваю ее голову назад. — Но сначала я хочу, чтобы ты развязала руки и засунула эти красивые пальчики под юбку. Я хочу услышать, насколько ты мокрая.

Я не кончу без нее, это уж точно.

Она делает, как я прошу, ее нервы, кажется, улеглись теперь, когда все выложено начистоту.

Я не думаю, что она обязана делиться со мной своей сексуальной историей, но если ей станет легче от того, что я знаю, я с радостью выслушаю все, что она захочет рассказать.