Джек настоял на том, чтобы возить меня на пары и с пар, но мысль о том, что за мной наблюдают, что я не знаю, кто может быть частью всего этого дерьма, держит меня в постоянном напряжении, рядом он или нет.

Я бы не назвала это чувство страхом. Скорее раздражением и злостью.

Я проскальзываю в лекционный зал, выбирая место ближе к передней части, где смогу сосредоточиться на профессоре Скотте и, надеюсь, достаточно отвлечься от всего остального, чтобы впитать то, что он говорит. На протяжении всей пары мысли возвращаются к Джеку и Сиенне. Я представляю их в его кабинете, Сиенна, вероятно, хватает его записи, пока он пытается ее развлечь. Улыбка трогает мои губы, несмотря на напряжение в плечах.

Они сохраняют мой рассудок; большая часть нашего времени вместе наполнена чистым, нефильтрованным счастьем, и это лучшее напоминание о том, что действительно важно в моей жизни.

Несмотря на все мои усилия сосредоточиться, История психологии пролетает как в тумане, и нас отпускают прежде, чем я осознаю, сколько времени прошло.

К тому времени, как я собираю вещи и выхожу из аудитории, пасмурное небо потемнело. Ветер усиливается, принося с собой пронизывающий холод, который резко контрастирует с теплом лекционного зала.

На улице, кажется, холоднее, чем было утром, температура падает с каждым часом из-за надвигающегося похолодания.

Мой выбор одежды на сегодня был не самым разумным — короткая плиссированная юбка, которая совсем не спасает от холода, и свободный свитер, сползающий с одного плеча, скорее открытый, чем теплый.

Я могла бы выбрать что-то более практичное, но у меня еще столько коробок не распаковано, и… возможно, я выбрала этот наряд, чтобы дразнить моего нового соседа. То, как свитер сидит идеально, как плиссированная юбка сидит чуть выше, чем нужно, — все это намеренно, хотя я никогда в этом не признаюсь вслух.

Я понимаю, что преуспела в этом начинании, когда прохожу мимо окна Джека по пути обратно в его кабинет.

ДЖЕК: Длина этой юбки опасна.

Я прикусываю губу, чтобы не ухмыльнуться, но безуспешно.

КУИНН: Ты подглядываешь за мной в окно?

Я поднимаю взгляд, пытаясь увидеть его, но солнце светит в окно под странным углом.

ДЖЕК: Кажется, ты что-то уронила.

ДЖЕК: Тебе стоит, наверное, обернуться и нагнуться, чтобы поднять это.

Как же я одержима этим мужчиной.

КУИНН: Я не собираюсь показывать всей студенческой братии свои нижние половинки ягодиц только для того, чтобы ты мог подсмотреть, профессор Холлис.

Не припомню, чтобы когда-либо называла его иначе, кроме как Джек, но сейчас я просто дразнюсь.

ДЖЕК: Какая жалость.

КУИНН: Ты невыносим.

Но мне это очень нравится.

ДЖЕК: Я одержим каждым твоим дюймом, мисс Айвор.

Мое сердце замирает в горле, и я ценю, что он отвечает на мою игривость. Однако то, что он говорит дальше, застает меня врасплох.

ДЖЕК: Одержим мыслью о том, как ты принимаешь каждый мой дюйм.

Жар приливает к низу живота. Как, блин, на это отвечать?

24

Куинн, как выяснилось, не имеет рвотного рефлекса

ДЖЕК

Моей мамы с Сиенной нет еще и десяти минут, когда я вижу, как Куинн проходит мимо моего окна. Она знала, что Сиенна завтра останется с бабушкой, чтобы она могла сходить на лекцию Эзры, но я хотел устроить ей сюрприз — провести вечер наедине.

Я всегда считал ее красивой, но сегодня она выглядит особенно неотразимо, зная, что наконец-то впервые заполучу ее всю для себя.

Я прислоняюсь к подоконнику, и Куинн входит в кабинет.

Первое, что я замечаю — как мягкая ткань ее свитера облегает фигуру ровно настолько, чтобы намекнуть на изгиб ключицы и плавную линию плеча. Свитер сползает, открывая дразнящий кусочек кожи, приковывая мой взгляд к особенно нежному месту, и мне до смерти хочется вырезать там маленькое «ДХ» своим ножом.

Она закрывает за собой дверь, окидывая взглядом комнату.

С огромным усилием я отвожу взгляд, останавливая поток мыслей. Я позволяю тишине повиснуть между нами. На ее лице появляется обеспокоенное выражение, заставляя меня гадать, не могла ли она каким-то образом прочитать мои мысли.

— Где Сиенна?

Она сокращает расстояние, и я встречаю ее посередине, обнимая за талию и сцепляя руки у нее на пояснице.

— Моя мама забрала ее незадолго до конца твоей пары.

— Я думала, она остается с ней завтра?

— Так и есть.

Я поднимаю руку, чтобы убрать выбившуюся прядь волос за ухо.

— Не могу поверить, что ты не дал мне попрощаться.

Раздраженное выражение ее лица такое милое.

— Я очень отчетливо помню, как ты прощалась с ней чуть больше часа назад, перед уходом на пару.

Она прижимается ко мне, глубоко вдыхая и тая в моих объятиях.

— Ты знаешь, что я имею в виду.

Я зарываюсь лицом в ее волосы, цветочный аромат шампуня наполняет ноздри.

Она слегка отстраняется, ее отношение к ситуации меняется.