Куинн и Круз следуют за ним. Я знаю, для нее это будет переменой. Мой дом сильно отличается от ее общаги. Он гораздо более современный — по крайней мере, внутри — с таким большим открытым пространством, и он больше во всем. В то время как ее комната в общаге, вероятно, казалась тесной и временной, мое место обладает чувством постоянства, за которое я втайне надеюсь, она ухватится.

Не говоря уже о том, что я здесь.

Для меня, однако, не будет проблемой иметь ее здесь все время.

Я не могу, блять, дождаться, когда она будет в моем пространстве 24/7.

Я просто надеюсь, она будет довольна переменам. Это не обязательно должно быть постоянно, но я бы солгал себе и всем остальным, если бы сказал, что не хочу этого.

Забегаю ли я вперед? Вероятно.

Волнует ли меня это? Не особо.

— Это место огромное, — говорит Круз, выходя из своей машины и хлопая дверцей. — Какое, блин, улучшение по сравнению с твоей плесневелой общагой.

Куинн фыркает со смехом, выходя из своей машины.

— Будем надеяться, оно оправдает первое впечатление. Уверена, ты скоро будешь напугана.

Мы начинаем разгружать коробки.

— Ценю твою помощь.

Я передаю тяжелую коробку Эзре.

Его обычное отшельническое поведение, кажется, взяло вечерний выходной, и у меня есть подозрение, почему.

— С удовольствием.

Его взгляд задерживается на Круз, когда она несет вверх по ступенькам крыльца охапку свитеров, все еще на вешалках. На его губах играет усмешка, прежде чем он бросается открыть для нее входную дверь.

— Спасибо, — холодно отвечает она. Я мало ее знаю, или совсем не знаю, но подозреваю, что это та сторона, которую она приберегает исключительно для мужчин, которым хотела бы сказать «отвали», но не может по какой-то причине. Она переступает порог и продолжает подниматься по лестнице, не сбавляя шага, ее незаинтересованность в нем ощутима.

Эзра приподнимает бровь, явно невозмутимый.

— Без проблем, amata mea (пер.: моя любимая). — Он произносит эти слова вслед удаляющейся фигуре, и если она его слышит, то не подаёт вида

Я бросаю на него мрачный взгляд.

Если он положил на нее глаз, я ничего не смогу сказать или сделать, чтобы его остановить, так что я оставлю это. Не то чтобы это мое дело, просто она подруга Куинн, а он, ну... иногда немного одержим.

Это, наверное, мягко сказано.

Его одержимость вела его к успеху, подпитывая его полную самоотдачу всему, на чем он сосредоточен, и в учебе, и в карьере.

Но в личных отношениях это работает не так хорошо.

Я пытался его осадить бессчетное количество раз, но есть вещи, которым нельзя научить, и способность успокоиться, блять, как раз одна из них.

Куинн проскальзывает мимо Круз на выходе, улыбка на её лице захватывает дух. Я не могу удержаться и обнимаю её, целуя в висок. Здесь нет никого, кто не знал бы о нас, а для остального мира это перестанет быть секретом очень скоро, если это будет зависеть от меня.

Скоро она закончит мой курс, и ничто не будет стоять на пути наших отношений, которые станут реальными, осязаемыми, публичными. Свадебные колокола звенят в моей голове, и, боже, мне нужно успокоиться, черт возьми. Что со мной не так?

— Твоя комната подходит? — Сегодня вечером я потакаю её капризам, но это последняя ночь в моём доме, которую она проведёт не в моей постели. Хотя я уверен, что ей будет полезно иметь здесь своё собственное пространство, когда понадобится немного уединения или время побыть одной.

— Идеально.

Она быстро чмокает меня в губы и возвращается к разгрузке.

Мы продолжаем двигаться вокруг друг друга, занося коробки внутрь. Я не могу не заметить, как Эзра постоянно бросает взгляды на Круз, которую его присутствие совершенно не трогает.

— Итак, Круз, — снова пытается он, его тон небрежен. — Чем занимаешься?

— Я студентка, — резко отвечает она, не поднимая глаз. Мне забавно, что ей совершенно плевать на его очевидный интерес к ней. Большинство женщин из кожи вон лезут, пытаясь привлечь его внимание. Может, это часть ее привлекательности для него; ее незаинтересованность.

Он не сдается.

— Какая специальность?

Круз наконец смотрит на него, оценивающе.

— Та же, что у Куинн.

— Интересно, — только и говорит он, заканчивая разговор.

— Думаю, это практически всё, — говорю я, решая проигнорировать эту маленькую динамику, которая зарождается между ними.

У меня есть дела поважнее, чем переживать, что мой лучший друг сходит с ума по лучшей подруге Куинн. Впрочем, кто-то должен её предупредить.

Только не я.

— Спасибо, Джек, — благодарно говорит Куинн, вытирая лоб тыльной стороной предплечья. Она поворачивается к Круз, в ее глазах немой вопрос. Круз кивает, ободряюще улыбаясь подруге.

Когда последнюю коробку наконец ставят в новую комнату Куинн, мы коллективно вздыхаем с облегчением.

Я хлопаю Эзру по спине и благодарю за помощь.

Он кивает, его взгляд все еще прикован к Круз.

— В любое время.