Дред, внезапно резко усмехается, пугая девчонку. Она смотрит на него так, будто у него выросла вторая голова.

— Ты сейчас, блядь, серьёзно? Думаешь, она действовала бы настолько очевидно и тупо?

Она отшатывается, в шоке уставившись на него.

— Включи ты мозги хоть на секунду, — продолжает он. — Нужно быть клинической идиоткой, а не серийной убийцей, чтобы завести анкету практически под своим настоящим именем и специально заполнить её так, будто она маньяк. Ещё и использовать бывшую работу своего отца? Очевидно же, что её кто-то подставляет.

Теперь лицо девчонки заливает краска, но уже от стыда.

— Может, она именно этого и хочет, — спорит та, хотя явно сбита с толку. — Сделать всё настолько очевидным, чтобы никто на неё и не подумал.

Дред бросает на неё скептический взгляд.

— Два дня назад у неё было железное алиби, — он загибает пальцы, перечисляя. — Учёба. Работа. Я.

Я в шоке перевожу взгляд на него. Позавчера Дред завалился ко мне на лекцию по криминалистике, а потом исчез, и я совершенно точно не видела его до следующей ночи, пока он меня не похитил. Я сходила на работу, а потом пришла домой и отрубилась. Так какого хрена он врёт ради меня?

Девчонка несколько секунд просто хватала ртом воздух, а затем с трудом сглотнула и сделала шаг назад, переводя взгляд то на меня, то на него, явно не соображая, как реагировать на заявление Дреда.

Её подбородок дрожит, после чего она резко разворачивается и уходит прочь, не проронив больше ни слова.

Силы сразу меня покидают, но внутреннее напряжение никуда не девается, даже когда мы с Дредом возвращаемся на свои места. Я вся на взводе. Постепенно, хоть и не сразу, все вокруг возвращаются к своим разговорам, хотя я более чем уверена, что тема у них сейчас одна.

Пару долгих мгновений я воюю с собственным телом, из последних сил сдерживая паническую атаку. Я уже на низком старте, и, если честно, достаточно малейшего повода — пускай кто-то просто кашлянёт или пёрднет — и я, блядь, тут же свалю.

За всем этим должен стоять мой отец, и от этой мысли мне хочется сдохнуть.

Я прочищаю горло и тихо спрашиваю:

— Зачем ты соврал?

Он возвращается к поеданию своей сырной пиццы.

— Потому что знаю, что это не ты, — просто отвечает он.

Я жду хоть каких-то пояснений.

Он молчит.

— Но ты думаешь, что это может быть Лайонел, — догадываюсь я.

Он отрывается от еды и смотрит на меня своими ледяными глазами.

— Или подражатель, если они действуют сообща.

Я закрываю глаза, изо всех сил стараясь, блядь, не расплакаться.

— Или кто-то другой, такой же больной ублюдок, который хочет тебя подставить.

Теперь я точно сейчас разрыдаюсь.

— Подставить её в чём?

От резкого мужского голоса за спиной я снова едва не выпрыгиваю из собственной кожи. Вздрагиваю, и от неожиданности из моего горла всё-таки вырывается тихий, испуганный писк. Я успеваю заметить вальяжно приближающегося к нашему столику Северена с обедом и любовным романом в руках, после чего закрываю лицо ладонями, пытаясь взять себя в руки.

Несколько секунд просто стараюсь дышать и успокоить своё истерзанное сердце. И опускаю руки как раз в тот момент, когда он садится рядом с Дредом, а ко мне подсаживается потрясающе красивая девушка с огненно-рыжими волосами. Я смутно её узнаю, но никак не могу вспомнить имя.

Адреналин так и бьёт по венам, пока я смотрю на них, чувствуя себя до ужаса неуютно в их присутствии. Главным образом потому, что Северен и Роуг — шестёрки моего главного мучителя, готовые поддержать любой дьявольский план, придуманный Дредом. Они с такой же лёгкостью стали объектами моей ненависти, а прямо сейчас кажется, будто меня бросили в яму к голодным волкам, которые не ели несколько дней.

Этот день становится всё хуже и хуже, чёртовы нервы на пределе, и я, блядь, просто хочу свалить домой.

— Подставить её в чём? — повторяет Северен.

— Пропала девушка, и кто-то создал профиль на сайте знакомств, чтобы всё выглядело так, будто это дело рук Рев, — небрежно отвечает Дред скучающим тоном.

У Северена брови ползут на лоб от удивления, а девушка рядом со мной ахает.

Они продолжают засыпать его вопросами о том, что только что произошло, но я всё пропускаю мимо ушей, слишком сосредоточенная на языке тела Северена. Я настороже и, честно говоря, гадаю, не разыграла ли та девчонка спектакль, не строят ли они из себя невинных овечек и не очередной ли это пранк.

Чем больше я прокручиваю эту мысль, тем логичнее всё это кажется; она словно запускает свои иглы мне под кожу, беспрестанно дёргая за нервы. И теперь адреналин начинает мутировать из первобытного страха в чистую ярость.

— Ревери, расслабься, — непринуждённо заверяет Дред, вырывая меня из спирали мрачных мыслей.

Я не сразу отвожу свой подозрительный взгляд от Северена, который смотрит на меня с явным весельем. Но когда я наконец переключаюсь на ледяные голубые глаза, они уже не кажутся такими безразличными, как прежде.