— Не прикидывайся дурой, — цедит она сквозь зубы, опуская телефон. Мой ответ, похоже, взбесил её ещё сильнее, судя по тому, как густо покраснели её щёки. — Она пропала два дня назад, после того как ушла на свидание с каким-то парнем, с которым познакомилась в интернете, и с тех пор от неё ничего не слышно. Эти грёбаные власти вообще бесполезны, ни хрена не делают, чтобы её найти.

Морщинка между моими бровями становится глубже.

Два дня назад? Это было пятое число, день, когда Лайонел вышел из тюрьмы. В зависимости от того, во сколько его выпустили и на какое время у Минди было назначено свидание, он вполне мог успеть преодолеть двенадцатичасовую поездку сюда, чтобы встретиться с ней, но тогда ему пришлось бы выехать прямо из тюрьмы.

Это также означает, что у него должен был быть доступ к сайтам знакомств ещё до освобождения, чтобы всё устроить, но в наши дни это совсем не сложно. Вполне обычно видеть, как заключённые общаются в сети, даже когда технически им это запрещено. Всё, что для этого нужно, — это иметь правильные связи, а уж у кого-кого, а у Лайонела они точно есть.

— Хорошо, — мягко говорю. — Но я не понимаю, какое отношение это имеет ко мне.

Девушка начинает громко смеяться, и за этим звуком скрывается глубокое отвращение. Она снова утыкается в свой телефон, злобно стучит по экрану, а затем опять пихает его мне прямо в лицо.

Уже во второй раз я уставилась на фотографию незнакомого мне человека, на этот раз мужчины. Похоже, какой-то модели: рельефный пресс, загорелая кожа, неестественно яркие голубые глаза и, ну… он безумно горяч.

— Покажи, — нетерпеливо бросает Дред. Девушка подчиняется, телефон дрожит в её трясущейся руке.

— Его я тоже не знаю, — тихо говорю, пока Дред изучает снимок. По его нахмуренным бровям сразу понятно, что он тоже не узнаёт этого парня.

Она снова опускает руку и испепеляет меня взглядом, полным такой ненависти, какую я видела разве что в ледяных голубых глазах. Она смотрит на меня как на дуру, пока Дред сверлит её взглядом, а на его челюсти ходят желваки.

— Очевидно же, что это какой-то случайный, блядь, манекенщик. Он развёл её с левого аккаунта. Липовые фотки, липовое имя, всё липовое. Так это была ты, Шарлотта? — она выплёвывает моё настоящее имя, словно это смола. — Притворилась каким-то парнем и убила её, прямо как твой папочка?

— Всё, хорош, с меня хватит, — рявкает Дред, сильнее заслоняя меня собой, тем самым вынуждая её отступить назад на несколько шагов.

Девушка переводит взгляд на него, не веря собственным глазам, что Дред меня защищает.

Честно говоря, я тоже не верю.

— С каких это пор ты её защищаешь? — затем она обвиняюще тычет в меня пальцем. — Ты же знаешь, кто она такая! В её жилах течёт эта грёбаная кровь Д’Амур. Локсмит или подражатель не добрались бы сюда, в этот чёртов Колорадо, так кто ещё это мог быть?

Она снова впивается в меня взглядом, будто искренне ждёт, что я отвечу.

Грудь словно начинает неметь от того, как сильно колотится сердце, адреналин зашкаливает, но я заставляю себя оставаться относительно спокойной. Любое проявление бурных эмоций лишь докажет её правоту, и все подумают, что я такая же жестокая, какой она меня выставляет.

Но под этой маской я паникую, и меня дико тошнит. В столовой по-прежнему стоит тишина, и все взгляды прикованы к нам троим. Из-за того, как пристально они меня разглядывают, по телу пробегает холодный пот, что лишь усугубляет подступающую тошноту.

— Мне правда очень жаль твою подругу, но я не имею к этому никакого отношения, — спокойно говорю, вкладывая в свой голос всю искренность, на какую только способна. — Я даже не понимаю, с чего ты вообще это взяла?

Она издаёт сухой, безрадостный смешок и уже в третий раз тыкает пальцами в экран телефона, чтобы открыть что-то ещё. После чего поворачивает его к нам с Дредом.

— Посмотрите на его грёбаное имя.

Я хмурюсь и наклоняюсь ближе, чтобы рассмотреть профиль на сайте знакомств, где на аватарке стоит уже другая фотография этого манекенщика.

Чуть ниже жирными чёрными буквами написано: Чарли Лав.37

Очевидная вариация моего настоящего имени.

У меня кровь стынет в жилах, хотя я изо всех сил стараюсь не выдать себя внешне. Внутри же все мои органы сжимаются от дикой тревоги.

— Ну давай. Почитай его анкету, — подгоняет она, и её голос буквально сочится ядом.

Я внутренне ощетиниваюсь, её тон откровенно бесит, но, быстро пробегая глазами по строчкам, начинаю понимать, почему она так уверена в моей причастности.

Имя: Чарли Лав.

Возраст: 22 года.

Род занятий: Продавец автомобилей.

Интересы: Фильмы ужасов, охота, коллекционирование.

Если в моём лице ещё оставалась хоть одна капля крови, то теперь она окончательно отхлынула. Я отстраняюсь и выпрямляюсь, судорожно сглатывая в отчаянной попытке не блевануть прямо на стол.