Выражения лиц помещицы Семигороховой и её племянника Елизара пролились бальзамом на уставшую от беготни и разбирательств за день Сонину душу.

Особенно когда Соня сказала:

— Вот, Евдокия Давыдовна, сегодня начала я с делами своего имения разбираться. Капитан-исправник мне весь день помогал, и я сочла за благо пригласить его с собой к вам на ужин. А заодно мы все вместе и лесные договорённости обсудим.

Евдокия Давыдовна явно была неприятно удивлена, потому как улыбка с её лица не исчезла, но выражение глаз поменялось, став холоднее, да и пальцы нервно сжали кружевной платочек.

Но отказать в гостеприимстве капитану-исправнику уезда она, конечно, не могла. Поэтому Евстафия Васильевича приняли с самой что ни на есть благожелательной улыбкой.

Ужин сегодня отличался особой обильностью. Были и мясные, и рыбные блюда, да и за столом почти все те же, с одной только разницей: не было за столом Лунина. А так всё наличествовало: курник и пироги, расстегаи. На горячее запекли поросёнка. А для дам предложены были щучьи котлетки.

Елизар присутствовал, конечно, с бокалом в руках. И Агриппина Алексеевна тихонько в уголке.

Агриппина Алексеевна всё больше вызывала у Сони вопросы.

Понятно, конечно, несладко ей, бедной родственнице, живётся у Евдокии Давыдовны. Но чем больше Соня на неё смотрела, тем больше ей казалось, что не такая уж она тихоня, какой хочет казаться. Что есть у неё какой-то свой план.

При всём при этом она, тихая, всегда одетая в серое, незаметной тенью присутствовала при всех разговорах. Всё слышала.

А уж то, что она взяла на себя смелость предупредить Соню о возможной подставе, говорило о том, что если Агриппина и не сделала на неё большую ставку, то, по крайней мере, подстелила соломки на случай, если опальная княгиня вдруг войдёт в силу.

Соня, конечно, перед ужином отпросилась повидать дочку и поговорить со Стешей. Ведь уехала она рано утром и целый день их не видела. Её со всей милостью отпустили.

Тем более Соня рассчитывала, что Евстафий Васильевич как раз подготовит почву для нужного разговора. А уж Евдокия Давыдовна без неё точно не удержится и начнёт задавать вопросы.

Стеша встретила её как родную.

— Стешенька, расскажи, пожалуйста, не обижали вас?

Машенька тут же залезла к ней на колени и, заглядывая в глаза, спросила:

— Мама, а пр-ряники? Пр-ряники ты привезла?

И тут Соня с ужасом вспомнила, что пряники-то она оставила в карете.

— Так торопилась, маленькая моя… Привезла, да в карете забыла. Сейчас схожу.

— Да сидите, барыня, уж сидите, — сказала Степанида. — Сама схожу. Кто с вами ездил-то?

Соня назвала тех, кто её сопровождал, и Степанида, которая, видимо, за день уже насиделась и наигралась с Машенькой в комнате, подобрала юбки и побежала прочь.

Вскоре она вернулась, принесла пакет с пряниками и кружку тёплого молока, прихваченную с кухни.

Но вид у неё был загадочный.

— Что такое, Степанида?

— Ох, барыня, прямо хорошо, что вы пряники в карете забыли.

— Почему?

— Я такое услышала! Сейчас расскажу, прямо ахнете.

— Так, что такое? Рассказывай.

Дорогие Читатели!  

Приглашаю вас в замечательную новинку из нашего литмоба

Хозяйка Змеиного перевала

Юлия Зимина

Глава 20

— Ох, барыня! Пошла я в конюшню, мужиков-то искать, что с вами ездили, и слышу — говорят двое. Что, мол, приказ от барыни получили, что как только вы в следующий раз куда соберётесь, тут же сообщить Евдокии Давыдовне. Это приказчик конюхам такое говорил. Чтобы они, значит, сразу, даже ежели вы без неё уезжать надумаете, доложили Евдокии Давыдовне. Потому как без Елизара вам уезжать никак нельзя: чтобы он, значит, вас сопровождал.

— Вот как…

И Соня поделилась со Стешей планами Евдокии Давыдовны.

— Поэтому, Стеша, уезжать нам отсюда надобно и срочно. Знаешь, оказывается, у меня в Смоленске дом есть. И я как раз хочу завтра поехать его посмотреть. Только вот не знаю, как с транспортом-то быть, чтобы мне Елизара не навязали. Да и Лунина нет, чтобы договориться.

— Этак они вас обложат — из беды не выберетесь. А может, мы вместе поедем? — предложила Стеша.

— Стеша, да Машеньке тяжело будет.

— Да нет, ну что вы! Я её потеплее соберу, да камней горячих подложим, — оптимистично воскликнула Степанида, и наклонилась к Маше: — Машенька, хочешь туда, где прянички продаются?

— Хочу!

— Барыня, поедемте, а ежели дом-то вам понравится, так мы там сразу и останемся.

Соня подумала, что Стеша полностью права. Это она уже от усталости плохо соображала. И правда, зачем ей мотаться туда-сюда?

Поедут вместе. И с Касымом Каюмовичем повидается. Каждый день будет к нему в гости ходить и проверять, как продвигается дело. И с губернатором встретится, и поддержку у него выпросит, чтобы объехать свои деревни и во всём убедиться самой.

При мысли о губернаторе Соню охватило странное чувство, будто бы она вспомнила о том, кого давно знает, но имеет сложные отношения. Странно.