Стискиваю челюсти и на миг прикрываю глаза, чтобы взять под контроль растущую внутри тьму. Загасить жгучую ненависть. Всё давно позади, но я до сих пор помню, как готов был убить обоих на месте. От поединка Лэндальфа спасло только то, что он спал мертвецким сном, поэтому весь гнев на себя приняла Ванесса.

Эта бестолочь пыталась что-то мямлить, но я и слушать не стал. Всё и так было ясно, как день.

Жалею ли я о том, что с ней сделал? Нет. Заслужила.

Отправить её с глаз долой было верным решением, но ведь это не может длиться вечно, и надо что-то решать.

– Мой господин, – ласково мурлычет Кайя, – кофе стынет.

– Да, – проговариваю рассеянно, оборачиваюсь и возвращаюсь к столу, где Кайя уже всё красиво сервировала.

Отмечаю, что из двух чашек наполнена только моя. Сестра Ванессы – образец деликатности и манер – послушно ждёт, стоя по другую сторону стола. Ненавязчивая, кроткая, понимающая. Умная. Такой бы точно хватило мозгов и гордости не прыгать в чужие койки.

– Присаживайся, – показываю рукой на гостевое кресло, – составь мне компанию. Тем более, есть разговор.

На молочных щеках девушки вспыхивает милый румянец:

– Как пожелаете, мой господин! – наблюдаю за её изящными руками, когда Кайя льёт кофе во вторую чашку, берёт её с подноса и только после этого присаживается на самый краешек гостевого кресла.

Сосредотачиваюсь на кофе. Тёмная обжарка терпкая и чуть горчит, по языку растекается привкус дыма, жжёного сахара и шоколада. Возвращаю чашку на блюдце, быстро смотрю на Кайю:

– Мне докладывали, что одной из горничных нездоровится, ты что-то знаешь об этом?

Кайя прячет лицо в чашке. Терпеливо жду.

– Мой господин, слуги болеют, как и все люди, – пухлые розовые губы Кайи растягиваются в сладкой улыбке. – Вряд ли это стоит вашего внимания.

– Я сам решу, что стоит моего внимания, а что нет.

– О, конечно! – Кайя распахивает глаза и мило хлопает длинными ресницами. – Я вовсе не то имела в виду! Моя оплошность, простите! Я лишь беспокоюсь о вас, вы же знаете! Что до служанки – ей лучше, да, уже лучше.

Под моим пристальным взглядом Кайя отводит глаза.

Постукиваю пальцами по твёрдой столешнице. Задаю вопрос, который меня волнует на самом деле:

– От Ванессы по-прежнему никаких вестей?

Кайя качает головой:

– Нет, мой господин.

– Три недели прошло, – произношу с нажимом. – Мои письма она игнорирует. Я надеялся, что хотя бы с тобой она держит связь.

– Вы ведь знаете мою сестру! – Кайя стреляет светло-карими глазками из-под ресниц. – Это вполне ожидаемо. Ванесса легкомысленная и ветреная натура. Вероятно, она просто забывает нам отвечать. Уверена, с ней всё хорошо!

Поразительная беспечность! Впрочем, ссориться с Кайей в мои планы не входит. К тому же у меня к ней есть ещё вопрос:

– Твоя сестра и впрямь порой бестолкова, вот только я одного не могу понять. Ты нашла её в спальне этого щенка, допустим. Тебе следовало, не привлекая внимания, вывести её оттуда или позвать меня. Но вместо этого ты поднимаешь шум. Зачем? Непростительная тупость для такой умной девушки, как ты. Или дело в чём-то другом?

Чашка Кайи с противным бряцаньем падает на стол из её ослабевших пальцев. Кофе расплескивается на тёмное дерево. Кайя соскакивает с кресла, подбегает ко мне и падает прямо в ноги:

– Мой господин, простите меня! – её тоненький голосок дрожит, и мне мигом становится совестно. – Я всего лишь наивная девушка, не искушённая в светских интригах! Я пыталась поднять Ванессу, пыталась, клянусь, но она не реагировала! Я растерялась, была напугана! Только поэтому бросилась сразу к леди Морт за помощью, она ведь хозяйка, мудрая и опытная женщина, кто же знал, что у старой ехидны язык без костей? И всё равно вы правы, я виновата, только я! Мне жаль, мне так жаль, что разочаровала вас! Готова понести любое наказание!

– Встань! – небрежно взмахиваю рукой.

Кайя продолжает лежать на полу у меня в ногах. Раздражённо закатываю глаза. Поворачиваю кресло, наклоняюсь и мягко поднимаю её вверх за прохладные плечи:

– Виновные уже наказаны. Ты не обязана отвечать за чужие проступки. Я лишь хотел понять для себя, вот и всё.

Кайя поднимает на меня заплаканное лицо. Её сочные розовые губки эротично припухли. Или всё дело в том, что у меня давно не было женщины. Вид сверху на вырез её платья становится последней каплей.

Злюсь на себя. Хватит!

Разжимаю руки, но Кайя вдруг хватается за мои плечи и проползает на коленях вперёд, оказываясь вплотную у меня между ног. Её ресницы трогательно дрожат, а манящие губы замирают в сантиметре от моих, покорно ожидая, что следующий шаг сделаю я.

– Встань! – приказываю сухо.

Кайя тут же повинуется. Суетливо шуршит платьем и поднимается. Хватается пальцами за край стола.