Был воскресный вечер, и я находился в Элефант-энд-Касл, районе на юге Лондона, недалеко от Саут-Банка. В детстве я бывал в Элефант-энд-Касл несколько раз, в основном для того, чтобы посетить Имперский военный музей, и запомнил его бедным и грязным, но знакомым на вид, очень похожим на Стратфорд и Плейстоу. Теперь он уже не казался мне знакомым. Где-то между моим последним визитом и сегодняшним днем старый центр города был снесен и превращен в огромную строительную площадку. Высокий забор не пропускал посетителей.

Где-то за этим забором находился колодец Материи. Я был здесь, чтобы найти его, осушить и уйти.

Я находился на северной стороне забора, спрятавшись в тени трех незнакомых мне бетонно-металлических конструкций. Это были старые, квадратные сооружения размером с небольшие автомобили, построенные давным-давно для каких-то неизвестных целей, а затем брошенные на произвол ржавчины и граффити-художников. Неподалеку росло древнее дерево, возвышавшееся над обоими сооружениями и барьером. Все остальное было пустым. Я смутно помнил, что когда-то здесь располагалась гостиница, но ее уже не было; все, что напоминало о прошлом, было убрано, остались только металлические коробки и дерево. Все расчищено, чтобы освободить место для нового жилого квартала и торгового центра.

Вокруг шумел транспорт. Главная дорога огибала расчищенный участок и строительную площадку, бело-красные огни автомобилей мерцали в темноте. Время от времени мимо проходили пешеходы, и когда это происходило, я старался не попадаться им на глаза; на самом деле было не так уж много законных причин для того, чтобы кто-то слонялся на моем нынешнем месте. Я хотел сделать это в будний вечер, когда вокруг было бы меньше народу; Колин настаивал, чтобы мы пошли в пятницу или субботу вечером, когда у него не будет занятий утром. Мы пришли к компромиссу — воскресенье.

Мой телефон зазвонил, и я достал его из кармана. «Да».

«Хорошо, похоже, все чисто», — сказал Колин. «Снаружи много людей, внутри барьера никого нет».

«Есть охрана?»

«Насколько я вижу, нет. Но есть несколько объектов, похожих на грузовые контейнеры. Один из них может быть будкой охраны».

«Хорошо, я иду. Продолжай наблюдение и позвони мне, если я что-то вспугну».

«Понял. Удачи».

Я повесил трубку и спрятал телефон в карман. Ладно, давай сделаем это.

Я направил эссенцию в сиглы на лбу, груди и талии. Тот, что на лбу, был сиглом видения, а тот, что на груди, - сиглом легкости, который уменьшал мою эффективную массу. Но самым важным был сигл на талии, заставляющий видимый свет огибать мое тело, не касаясь его. Это был мой дифракционный сигл. Из всех моих сиглов он был самым сложным и трудным в изготовлении, но давал мне невидимость... более или менее.

Мир окрасился в оттенки синего, а желудок поднялся вверх, когда мой вес упал до половины того, каким он должен был быть. Я побежал вперед.

Забор, ограждающий строительную площадку, был высотой в десять футов, покрыт скучными геометрическими узорами и надписями, призывающими к ОТКРЫТИЯМ, ОБЩЕНИЮ и ВДОХНОВЕНИЮ. Я подпрыгнул, схватился за верхнюю часть и подтянулся, придав сообщению «ВДОХНОВЛЯТЬ» дополнительный пинок. Я всегда ненавидел эту корпоративную лексику, а в Лондоне в наши дни ее тебе повсюду навязывают. Честно говоря, это еще больше мотивировало меня на рейд, чем раньше.

Я спрыгнул с другой стороны забора на грязь и песок. Внутри строительной площадки располагались контейнеры и строительные материалы, экскаваторы и краны, неподвижные и безмолвные. Было не совсем темно, но по сравнению с улицей так казалось, и я подождал несколько секунд, пока глаза не привыкли, и мне удалось разглядеть тропинки в грязи, ведущие на юг.

Синий оттенок моего зрения затруднял видимость. Мой сигл зрения предназначен для улавливания ультрафиолетового света (который мой дифракционный сигл в, частности, не отклоняет) и смещения его достаточно далеко по спектру, чтобы я не ослеп. Я не очень хорошо справился с этой задачей, поэтому теперь вижу только синий цвет: это довольно неуклюжая конструкция, и в такие моменты я особенно это ощущаю. Эшфорды используют так называемые сиглы «активного камуфляжа», которые дублируют и воспроизводят исходящий свет (и только исходящий свет), так что когда кто-то смотрит на носителя, он видит то, что находится за ним. Почти идеальная невидимость без ухудшения собственного зрения, и все это в одном сигле, а не в двух. Он лучше моего дифракционного сигла во всех отношениях... Проблема в том, что для его создания нужно быть мастером в формировании сиглов Света и иметь доступ к невероятно мощному Колодцу.

В конечном итоге, именно поэтому я и оказался здесь. Этот Колодец не был Колодцем Света и не был мощным, но это был шаг в правильном направлении.