Это вообще довольно странно — жить без него, но мое главное экспертное заключение в том, что никто не умер.

И он, и я работаем дальше.

Просто не вместе.

Но… ведь за одно дело? За регион?

Все эмоции оставляю там же.

В уборной.

Захватив ежедневник, направляюсь в большую переговорную и, налив себе зеленый чай, собираюсь выбрать место подальше от того, где обычно размещают Тихоновского, но замечаю глянцевую карточку со своей фамилией ровно напротив.

Глупо будет заниматься перестановкой.

Совершенно по-детски.

Опускаюсь на стул и слышу голоса из коридора. Тело узнает низкий тембр раньше, чем его оцифровывает мозг. Вдоль позвоночника пробегает дрожь.

— Добрый день.

Поднимаю глаза, перестав записывать свой план работы на завтра, смотрю на Володю.

Выглядит вполне… обычно.

Правда, лицо будто жестче стало. А костюм для меня знакомый, потому что вместе выбирали. Удивительно, мы друг другу никто, а я могу с точностью сказать все, что написано на подкладке его пиджака.

Володя здоровается с министром, с губернатором.

Медленно обводит взглядом переговорную и натыкается на меня.

— Евгения Елисеевна.

— Владимир Андреевич.

Вот и все.

Его отвлекают.

Я пытаюсь себя отвлечь сама.

Никто не умер.

Просто наши отношения изжили себя. Тихоновский так бережно оберегал уровень температуры выплавки в «Аннушке», что не уследил как между нами стало по-настоящему прохладно.

Совещание начинается с речи губернатора.

— Коллеги, поступило предложение от одной инвестиционной структуры организовать в регионе проект по модернизации промышленной инфраструктуры. Деньги федеральные плюс частные. От себя гарантирую землю и все необходимые согласования без бумажной волокиты. Вы — помогаете своими мощностями.

— Что за структура? — звучит вопрос от Тихоновского.

— Выходцы из Сколково. В прошлом году они выиграли грант от Минпромторга. Женя, что у нас по цифрам… — Запата обращается ко мне.

— Да… — я открываю одну из папок, подготовленных для всех участников совещаний.

Начинаю докладывать.

Профессионально и негромко, периодически гипнотизируя таблицы.

— Кстати, я обнаружила неточность в расчетах. Объем производства, заложенный инвестором, не совпадает с фактическим региональным объемом. Поэтому и прогноз выполнен с учетом восемнадцатипроцентного отклонения.

— Вижу, это очень интересно, Женя. — говорит Тихоновский. — Спасибо.

Я поднимаю глаза.

— Я не вам, Владимир Андреевич.

На секунду в переговорной образовывается тишина, которую быстро обрывает Запата.

— Продолжай, Жень.

— Я в целом все сказала. Чтобы получить цифры по данному прогнозу, все предприятия должны нарастить производство. Никто из них такой рост не заявлял.

— «Талань» точно не заявляла. — Володя кладет правую ладонь на стол.

Я отворачиваюсь.

— Откуда такой прогноз? — Юрий Григорьевич спрашивает у представителя инвесторов.

— И откуда вы взяли эти цифры? — добавляю от себя.

— Это всего лишь прогнозная модель. — отбрыкивается тот.

— Всегда считала, что прогнозы строятся на исходных данных.

— А не на фантазиях и желаниях инвесторов, — добавляет Володя, закрывая свою папку.

— Согласна, — говорю и мысленно бью себя по щекам.

Черт.

Это удивительно, но мы так привыкли работать вместе, что просто на автомате дополняем речь друг друга.

— А данные по «Талани» где взяли? — Тихоновский продолжает наседать.

— Из официальных источников.

— Этих цифр нет в свободном доступе. Где взяли?

— Я могу проверить, — вступаю.

— Не стоит. — Он останавливает меня, и я снова себя ругаю.

Володя переводит взгляд.

— Название источника. — давит.

— Я уточню у аналитиков.

— Уточните. Юрий Григорьевич, сделайте, пожалуйста, так, чтобы в следующий раз мы встречались по реальным вопросам с фактическими цифрами и наименованием организаций, которые хотят вложить миллиарды в нашу землю.

— Сделаем… — недовольно отзывается Запата.

Не думала, что это будет настолько сложно.

Я целый месяц провела на учебе между Москвой, Таланском и Тальянкой и точно не думала, что возникнут какие-то сложности. Я ведь все для себя решила. Сама.

Совещание заканчивается, и я дожидаюсь, пока Володя уйдет.

Он прощается со мной сухо.

В общей массе.

Выдохнув и получив указания от Запаты, бодрым шагом направляюсь в свой кабинет, но внезапно замираю на месте.

Ноги не слушаются.

— Привет, — останавливается Володя в метре от меня и, кажется, не собирается стремительно проходить мимо, как шел до этого.

— Привет.

Мы смотрим друг на друга довольно открыто.

Я бы даже сказала доброжелательно.

— Как поживаешь, Жень? — интересуется он, глянув куда-то за мое плечо.