— Ну а кто? Мы же в основном ваш металл гоняем.

— Мой? — вытягиваюсь в кресле.

Охренеть.

— В смысле, наш, конечно. И мы, Владимир Андреевич, все-таки тоже ваше предприятие. Если нас сейчас не поддержать, без штанов останемся…

— А я тебе не мамка — штаны твои поддерживать! — холодно произношу и слушаю долгую паузу.

— Что? — бледнеет Щавель.

— Я сказал: я тебе не мамка. — повторяю. — Убыточные предприятия грудью кормить не собираюсь. Особенно те, что умудряются быть убыточными при гарантированном объеме от собственного холдинга.

— Владимир Андреевич, «Снаблогистик» демпингует…

— Потому что они жрать хотят, Анатолий. — поправляю рукава пиджака, чтобы хоть как-то успокоиться. — У них такого преимущества, как у тебя нет. Надо побегать, чтобы клиентов поискать.

Вытягиваю из своей папки занятный сравнительный анализ, который быстро сделали девчонки из маркетинга.

— Вот рынок. — кидаю стопку копий на стол и жду, пока все разберут. — Любуйтесь.

— Я видел похожие расчеты... Это ведь все только на бумаге.

— Я вчера запросил пять предложений. Пять. В каждом из них цены дешевле, чем у тебя даже с материнскими скидками. У одних на девять процентов, у других на пять, остальные с тобой в одной цене, — смотрю на его возрождающийся оптимизм на лице. — Но за годовой контракт они скинут. Уже обещали.

— Договорились уже? — ерзает на стуле.

— Надо будет, договорюсь, Толик. А тебя продам к херам.

— Нас дорого не купят.

— А «вас» к тому времени здесь и не будет.

— Но здесь много неучтенного… — без интереса листает таблицы.

Думает, я идиот.

Они в большинстве своем все так думают.

Иногда это даже выгодно.

Но не сегодня.

— У них другой парк.

— Мне плевать, какого цвета и года выпуска у них вагоны. Мне цена за тонну из точки А в точку Б нужна. Объясни, на хрена мне собственная логистическая компания, если чужая будет возить дешевле? Чтоб с тобой раз в квартал здесь встречаться? — осматриваю неприглядный кабинет. — Порожний пробег у тебя сколько?

— Двадцать восемь...

— Тридцать один.

— По итогам месяца еще не закрыли...

— Я закрыл. Не беспокойся. — листаю свой экземпляр и задерживаюсь на особо пугающих цифрах. — Оборот вагона вырос, длительные простои. Парк используется хуже, чем год назад. Зато тариф ты хочешь поднять.

— Потому что инфраструктура забита. У нас своя специфика.

— У каждого неудачника своя специфика. — смотрю на Стеклова.

Его, кстати, тоже касается.

— Нам же еще железная дорога квоту срезала. Мы физически не можем выполнить план.

— Почему срезала? — прищуриваюсь.

Это что еще за новости?

Неужели, москвичи прижимать начали?

— Сейчас всем режут. — машет рукой.

— Не всем.

— Владимир Андреевич...

— Почему тебе срезали?

Молчит, но я все эти выкрутасы знаю.

— Заявку когда подали? — говорю и сжимаю зубы.

— Там была корректировка...

— Я не спросил про корректировку. Когда подали?

— Заявку несколько раз переделывали и опоздали. Я начальника уже наказал.

— Как?

— Лишил премии.

— Отлично. Квоты к тебе вернулись?

— Нет.

— Значит, проблема не решена.

— Я все понимаю…

Смотрю на часы.

Шесть вечера.

— Завтра к десяти отчитаться по трем пунктам. — закидываю бумаги в папку. — Почему заявка ушла поздно и что меняешь в процессе, чтобы это не повторилось. Как собираешься вывозить металл без квоты. И… ты хочешь двенадцать процентов? — киваю Стеклову.

Тот поднимается.

— Так это… надо.

— Предоставишь Хабаровой твои контракты с внешними клиентами по цене плюс двенадцать процентов. Она изучит. Если тебе реально кто-то столько платит — получишь. Если нет — иди продай кому-нибудь по такой цене. Купит рынок — куплю и я. — направляюсь к выходу.

— По-хорошему убирать его надо! — заводится Аркаша уже в машине.

— Кончай истерику. Пусть вопрос со Щавелем пока повисит в воздухе. Он ленивый, но логист хороший. Никогда не раскидывайся людьми, Аркадий. У нас впереди четвертая батарея. Нам проблем с железкой и так хватит.

— Думаете, Суворов не разрешит ваш кокс возить до Аннушки? Рельсы-то его…

— С Михалычем я сам разберусь. — вспоминаю о пропущенном звонке в телефоне.

Завтра перезвоню.

— Ему кто-нибудь сказал, что мы ускоряемся?

Морщусь.

— Нет.

— Он ведь узнает.

— От тебя? — перевожу на него взгляд.

— Да ты что, Володь? С дуба рухнул? Я же в твоей команде. До самого конца.

— Ладно. — пожимаю плечами и перевожу взгляд в окно.

Стеклову кто-то звонит. Он отвечает, ерзает на переднем сиденье и дожидается, пока мы высадим финансового.

— Что еще сегодня случится? — спрашиваю недовольно. — Игорь?

— Захар на связь не вышел.

Я провожу большим пальцем по экрану и захожу в звонки.