— Можно и так сказать. Я никогда раньше так не «усложняла» ситуацию.

Я печально улыбаюсь.

— Как бы то ни было, я не жалею об этом. Все закончилось плохо, но какое-то время все было хорошо.

— Думаю, этому суждено было закончиться. Слишком много препятствий. Твоя работа, моя работа. Твоя одержимость протеиновыми коктейлями.

— Твой нож для колки льда.

Она смеется, и на секунду наши взгляды встречаются. Она всего в нескольких дюймах от меня, ее волосы пахнут шампунем с манго, а губы блестят блеском, который, как я знаю, на вкус как леденец. Это было бы так просто…

Я откашливаюсь и встаю.

— Мне пора, — говорю я. — Мне нужно, ну… ты понимаешь. Тренироваться. Но спасибо за сегодняшний день. За то, что познакомила меня с Биффом. Это было здорово.

Она слегка качает головой, как будто тоже почувствовала этот момент, но делает вид, что это не имеет значения.

— Конечно, — говорит Эллисон, поднимаясь на ноги. — Я отвезу тебя обратно.

Глава 22

Коннор

Я по-мужски взвизгиваю от боли, погружаясь в ледяную ванну. Весенние сборы — это тяжело. Я, конечно, всегда это знал, и последние месяцы готовился к ним, но каким-то образом мне все же удалось забыть, насколько это изнурительно. Тот факт, что я старше всех остальных парней на десять-пятнадцать лет, не помогает, и я действительно начинаю подозревать, что их юношеская жизнерадостность на самом деле старит меня еще больше.

Я бросаю взгляд на часы на стене процедурного кабинета. Кажется, что прошла целая вечность, но прошло всего тридцать секунд. Осталось еще пять с половиной минут. Я стискиваю зубы, когда холод проникает внутрь, мои натруженные мышцы сопротивляются холоду, хотя и поддаются ему. Я знаю, это часть процесса. Но независимо от того, насколько я готовлюсь физически и морально, в том, чтобы выйти на поле боя, есть что-то такое, что усиливает все происходящее, делает его более реальным, более ярким. Таким, где легче проиграть.

Я провел утро, тренируясь на приусадебном участке, а после обеда гонял мячи по дальнему полю и бросал их в движущиеся мишени. Мне нравилось это упражнение. Однажды я даже снялся в рекламе спортивной одежды, где бросал мячи в летающих над головой дронов, сбивая их, как в видеоигре. Я по-прежнему хорошо целюсь, но скорость снизилась, и мои броски получаются немного низкими. Я тренируюсь вместе с несколькими двадцатилетними ребятами, и они советуются со мной перед каждой тренировкой, как будто я могу дать им дельный совет. Как будто я недавно не вышел из тюрьмы.

Лидерство никогда не было моей сильной стороной, хотя я уже много лет считаюсь ветераном. Руководить — это то, что хорошо получается у Тая, Бланша и Эскобара. Именно к ним люди обращаются за ответами. Я тот, на кого они могут рассчитывать… ну, могли бы. Если уж на то пошло, я присматриваюсь к молодым игрокам, чтобы узнать, научились ли они каким-нибудь новым приемам, пока меня не было.

Меня пробирает дрожь, и я стискиваю зубы, пытаясь придумать, что сказать в своей речи шафера на свадьбе Тая через три недели. У меня есть двадцать восемь отвергнутых черновиков, и мои нынешние усилия сводятся только к следующему:

«Тай и Гвен, поздравляю. Вы...»

Дверь в процедурный кабинет распахивается, и входит Хорхе Ибаньес, опустив голову и не снимая штанов. Для него это очень необычно, и если бы в моей ванне со льдом можно было еще больше замерзнуть, я бы так и сделал.

Он замечает меня и останавливается.

— Оу, — говорит он. — Привет. Я думал, ты ушел.

Я смотрю на часы.

— Еще три минуты.

Он медленно кивает.

— Круто.

Затем он просто стоит там.

На мне тренировочные шорты, так что это не так странно, как могло бы быть, если бы кто-то наблюдал, как я принимаю ванну, но и не совсем нормально тоже.

— Все в порядке? — спрашиваю я, хотя не хочу знать. У меня есть свои проблемы, о которых я беспокоюсь…

— Нет, — говорит Хорхе, пододвигая стул и садясь рядом с моей головой.

О Боже.

— Я шорт-стоп, — говорит он, и я уже знаю, к чему это приведет. Тай — начинал с шорт-стопа «Пересмешников», и так в общем-то и осталось. Хорхе — тот парень, который ждет своего часа, подменяя Тая, если тот получает травму или берет выходной, и в остальное время он перемещается по полю, пока его пробуют на второй и третьей позициях. Многие ребята ходят на специальные тренировки, чтобы повысить свою позицию, думая, что у них есть талант, только для того, чтобы узнать, что есть кто-то, кто справляется с этим лучше. Некоторые из них приспосабливаются и остаются на своей позиции. Некоторые — нет. Хорхе находится в подвешенном состоянии уже почти четыре года, и он не становится моложе.

— Я хочу играть, — говорит он, повторяя мои собственные мысли. — Я хочу играть шорт-стопом, а не на второй или третьей позиции. Но я не могу. Я делаю всю эту работу, и ради чего? Чтобы просидеть на скамейке запасных еще год?