Проклятье. Мне не следовало оборачиваться. Ее грудь слегка подпрыгивает под облегающей рубашкой, и, поскольку внезапно не могу думать ни о чем другом, именно туда устремился мой взгляд за те полсекунды, что я смотрел на нее. Теперь ее задница, ее ноги и сиськи запечатлелись в моем мозгу. Может быть, меня отравили. Я все время пью воду из-под крана в доме Тая.

Мы молча возвращаемся в домик, молча входим, молча расшнуровываем ботинки.

— Я собираюсь принять душ, — говорит Эллисон, направляясь наверх и на время отказываясь от своих коварных планов.

— Я тоже, — вру я.

Делаю вид, что тереблю шнурки, затем жду, пока она скроется из виду, прежде чем схватить ключи с кофейного столика и выбежать на улицу.

Глава 7

Коннор

Я мчусь в Мэйфилд так, словно за мной гонятся адские псы. Давлю на газ на случай, если Эллисон заметит мой побег и решит пуститься в погоню, а также потому, что, если я не сделаю это быстро, у меня может вообще не хватить на это смелости. Одиннадцать дней как я вышел из тюрьмы, а мне только предстояло отправиться куда-нибудь в одиночку. Не то чтобы мои последние два визита под конвоем прошли особенно удачно.

Я пытаюсь убедить себя, что пот у меня под мышками — это от бега, но это не так. Сейчас восемь часов утра, и я ужасно нервничаю. Я дебютировал в высшей лиге в двадцать один год, и хотя у меня в животе запорхали бабочки, когда впервые вышел на поле, это было совсем не то, что сейчас. Бейсбол — командный вид спорта. Если ты облажаешься, рядом будут твои товарищи по команде. Я не привык быть один.

Солнце взошло, освещая главную улицу Мэйфилда, как маяк, отражаясь от витрин магазинов и металлических вывесок. Банк. Пекарня. Охотничьи принадлежности. Кафе, полное ненавистников. Библиотека.

Я нажимаю на тормоза. Библиотека? В библиотеке будет доступ в Интернет, и точно так же, как мне не нужны рекомендации Дензела Рида по книгам, мне не нужен и его план питания. По крайней мере, мне это не понадобится, если я смогу найти что-то новое в Интернете.

Паркуюсь у обочины и делаю глубокий вдох, пытаясь унять тошноту, подступающую к горлу при мысли о том, что придется покинуть безопасную машину. Я нахожу на заднем сиденье бутылку с водой и выпиваю ее всю, отчего чувствую себя немного лучше. В этот час на улице тихо, и я тоже чувствую себя лучше. Если собираюсь этим заняться, то мне следует делать это, пока люди еще спят, или завтракают, или чем там еще занимаются жители Мэйфилда, когда не режут кепки «Пересмешников» и не швыряют их в прохожих.

На двери маленькой библиотеки, последнего заведения в этом квартале, висит табличка «Открыто». В витрине виден небольшой стеллаж с книгами, а когда я захожу внутрь, то вижу три компьютера, еще более старых, чем те, что были у нас в тюрьме. На доске объявлений над ними указано, что в часы большой загруженности доступ в Интернет ограничен двадцатью минутами, но, поскольку я, похоже, здесь один, с этим все должно быть в порядке.

Делаю несколько шагов и жду, пока мои глаза привыкнут к тусклому освещению, в нос ударяют затхлые запахи ковров и старых книг. На полке с новыми изданиями целых три книги, а у кассы есть единственный свободный стул для библиотекаря. В детстве я не был большим любителем чтения и посещал библиотеку только тогда, когда этого требовала школа. Но в тюрьме я много читал. Все, что попадалось мне под руку, и даже это небольшое помещение за последние два года стало для меня воплощением мечты.

Я сажусь за компьютер, самый дальний от двери, и натягиваю капюшон своей толстовки на случай, если кто-нибудь пройдет мимо, заглянет внутрь и оповестит своих друзей о моем новом приключении. На то, чтобы включить компьютер, уходит минута, указатель скользит по экрану, пока, наконец, не останавливается на нужном значке. В конце концов, я в Сети, смотрю на строку поиска и пытаюсь понять, с чего начать.

Я слишком стар и мудр, чтобы искать свое собственное имя. И на собственном горьком опыте убедился, что хорошие новости исчезают перед лицом плохих. Не думаю, что сейчас меня ожидает много положительных эмоций. Вместо этого я ищу какие-нибудь новые программы упражнений и питания и нахожу несколько, которые кажутся мне привлекательными. Я оглядываюсь в поисках способа распечатать их и чуть не вскрикиваю, когда вижу, что кто-то стоит в нескольких шагах позади меня.

— Чем я могу вам помочь? — спрашивает она.

Она симпатичная, с пышными формами, воплощающая все мои фантазии о библиотекарше. Кардиган на пуговицах, юбка до колен, практичные черные балетки. Ее светлые волосы мягкими волнами падают на подбородок, а на кончике носа сидят очки в темной оправе. На пластиковой табличке, приколотой к ее свитеру, написано «Дори».

— Ах, да, — я прочищаю горло. — У вас есть принтер?

— Конечно, — говорит она, указывая на кассу. — Вон там. Вы печатаете, затем платите и забираете свои страницы на стойке регистрации.

— Отлично. Спасибо.

Я возвращаюсь к экрану и распечатываю страницы, с каждым щелчком думая: «Выкуси, Эллисон».

Покончив с этим, замечаю, что Дори переставляет новые выпуски. Она выглядит скучающей.