— Это ждет тебя в будущем, если ты не сделаешь то, о чем я прошу. Работай со мной, и я пощажу твоих суженых от того, что грядет. — Он задирает рукав, обнажая чистую светло-коричневую кожу без меток. Он просит о кровной клятве.

— Очень хорошо, — говорю я, задирая свой левый рукав и прокалывая указательный палец о свой все еще обнаженный клык. Я размазываю смесь крови и яда по пальцам и протягиваю вторую руку за церемониальным кинжалом, который, как я знаю, он держит при себе. — Я заключу кровный контракт.

Мой отец передает мне нож за рукоять, ни на секунду не сводя с меня глаз. И я не свожу с него глаз, делая метку на своей руке:

— Я дала клятву на погребальном костре моей матери. — Кинжал жестоко врезается в мою кожу, и я улыбаюсь ему, втирая свой яд в рану. — И я приношу ее снова сейчас, перед тобой. Ты умрешь во имя моей матери, Афины Костеплет. И я заставлю тебя страдать так же, как страдала она.

Я бросаю нож к его ногам, демонстрируя ему древнюю метку обещания смерти на своей коже — блестящую и багровую:

— Я обрекаю тебя на ад, Мейс Нага.

Я позволяю теням поглотить себя, прежде чем обратиться в ничто.

Глава 93

Ксандер

Аурелия возвращается в Академию Анимус, одетая точно криминальный лорд и пахнущая кровью и тьмой. Она рычит в небо, когда перекидывается из тени обратно в человеческую форму на крыше общежития анимусов, роняя к ногам маленький пустой рюкзак. Находясь на патрулировании в небе, я даю ей мгновение, пока она не встречается со мной взглядом. Эти темные сапфиры требуют моего внимания сквозь тьму ночи. Спускаясь, я перекидываюсь еще до того, как касаюсь камня, и приземляюсь на человеческие ноги.

— Куда ты летала? — спрашиваю я, пытаясь не звучать обеспокоенно, нервно или взволнованно из-за ее ответа.

Ее змеиные клыки медленно скрываются во рту, пока она вздыхает:

— Не уверена, что ты хочешь знать.

Я смотрю на заросли кустарника за пределами академии, на тихую тьму. Сколько раз я сам летал в поместье Дракос, когда мое сердце обливалось кровью, а ярость растекалась по телу, точно яд?

— Я знаю, что бы сделал я, — тихо говорю я. — Я не раз сталкивался со своим отцом лицом к лицу.

Аурелия резко переводит на меня взгляд, после чего ее плечи опускаются, а каблук скребет по камню.

— Коса всегда говорил, что мы похожи больше, чем я думала.

Я фыркаю.

— Мне он говорил то же самое. Этот ублюдок всегда прав.

Она облизывает губы, пересохшие от ночного воздуха:

— Ксандер, мне нужно, чтобы ты пошел к смотрителю зоопарка Рику и попросил сосуд для сбора яда. Мне нужно, чтобы ты помог мне кое-что сделать.

Глава 94

Упырь

Ночь благословенна, ведь я вижу, как шар тени — моя Регина — стремительно несется по небу, оставляя за собой разьяренную, могущественную энергию, словно метеоритный хвост. Военный автомобиль приятно рокочет подо мной, и я паркую его перед входом в здание парламента штата. От травмы, которую она мне нанесла, ничего не осталось, кроме сладкого воспоминания о боли и образа ее обеспокоенного лица, зависшего надо мной перед тем, как я уступил тьме.

Мейс шагает из главных дверей, черный пыльник развевается за ним на ветру, сотканном исключительно из темной магии. Его ноздри расширены от подавленного раздражения, шаги не торопливые, но достаточно быстрые, чтобы я понял: она выбила его из колеи. Один из пехотинцев открывает перед ним заднюю дверь, и я пытаюсь не показать своей гордости.

— Ваше Величество, — сдержанно приветствую я. — Надеюсь, все прошло успешно.

— Генерал, — говорит он, совершенно не настроенный сегодня на шутки. — Ты полностью восстановился, я полагаю?

— Естественно, — говорю я, стуча себя по макушке, словно по дереву. — Как будто ничего и не было сломано.

— Хорошо. Люди-простаки подписали законопроект, как я и планировал. Завтра мы начнем завершающую фазу.

— Превосходно, Ваше Величество.

— Тебе нужно наполнить свой колодец, мы не можем позволить себе еще одну твою неудачу. Убедись, что наши мужчины досыта накормлены и оттраханы. Мне без разницы, как они это сделают.

Слышать, как Мейс ругается, необычно — это показывает, насколько он взволнован тем, что планы всей его жизни претворяются в реальность. О, Регина, надеюсь, ты готова.

Глава 95

Аурелия

На следующее утро Коса и Лайл приказывают студентам собрать вещи и погрузить их в несколько ожидающих автобусов. Некоторые протестуют, беспокоясь о своих заседаниях и судебных записях, а у других студентов просто нет жилья во внешнем мире. Поэтому, хотя многие студенты цепляются за возможность вернуться домой, некоторые категорически отказываются уезжать. Включая Сабрину, ее суррогатных пар Блэра и Блейда, а также Стейси.